Page: 1 / 1
Книга М.А. Гезгиева «Религиозная умеренность и толерантность в свете Корана и Сунны как залог общественной стабильности» представляет собой комплексное исследование исламских первоисточников и исторического наследия в контексте формирования межконфессионального согласия и веротерпимости. Автор рассматривает религиозную умеренность (васатыйа) как фундаментальный принцип ислама, направленный на предотвращение радикализма, экстремизма и социальных конфликтов. В работе подробно анализируются суры и аяты Корана, хадисы Пророка Мухаммада, богословские труды авторитетных исламских ученых разных эпох (включая ат-Табари, Ибн Касира, ал-Куртуби, Ибн Таймийу, Ибн ал-Каййима), а также исторические прецеденты мирного сосуществования мусульман с представителями других конфессий.
Предметом исследования выступает исламское правовое и этическое учение об отношении к иноверцам, защите их прав, обеспечении их безопасности, гражданских и социальных гарантий. В книге освещаются ключевые аспекты исламского гуманизма, доброты, справедливости, категорического запрета на притеснение (зулм), вероломство и самосуд. Особое внимание уделяется роли достоверных знаний в борьбе с невежеством и ошибочными толкованиями священных текстов, которые служат главной причиной религиозной нетерпимости. Издание адресовано широкому кругу читателей, интересующихся вопросами межрелигиозного диалога, исламской этики, права и профилактики экстремизма в современном обществе.
Предметом исследования выступает исламское правовое и этическое учение об отношении к иноверцам, защите их прав, обеспечении их безопасности, гражданских и социальных гарантий. В книге освещаются ключевые аспекты исламского гуманизма, доброты, справедливости, категорического запрета на притеснение (зулм), вероломство и самосуд. Особое внимание уделяется роли достоверных знаний в борьбе с невежеством и ошибочными толкованиями священных текстов, которые служат главной причиной религиозной нетерпимости. Издание адресовано широкому кругу читателей, интересующихся вопросами межрелигиозного диалога, исламской этики, права и профилактики экстремизма в современном обществе.
1. Предисловие
Раздел открывает исследование рассмотрением проблемы межрелигиозной толерантности как важнейшей социальной нормы и ценности современного гражданского общества. Автор раскрывает понятия веротерпимости и умеренности (васатыйа), акцентируя внимание на необходимости самообладания и разумного баланса. В тексте приведены аяты Корана и хадисы, доказывающие, что ислам запрещает принуждение в религии и призывает к добродетели. Также рассматривается противоречивость термина «религиозный экстремизм» и подчеркивается роль просвещения в профилактике радикализма.
2. Примеры межконфессиональной толерантности из истории ислама
В данном разделе рассматривается исторический опыт взаимодействия мусульман с иноверцами в Арабском халифате и Османской империи. Раскрывается суть института джизйи как гаранта защиты прав, имущества и неприкосновенности немусульман. Приводятся наставления халифа Абу Бакра воинам, правила ведения споров с Людьми Писания, проявления уважения к умершим иноверцам, а также примеры из жизни Пророка Мухаммада, включая его отношение к Мутиму ибн Ади и поддержку родственных связей с немусульманами.
3. Равенство мусульман и немусульман в правоотношениях в исламском обществе
В данном разделе рассматривается исторический опыт взаимодействия мусульман с иноверцами в Арабском халифате и Османской империи. Раскрывается суть института джизйи как гаранта защиты прав, имущества и неприкосновенности немусульман. Приводятся наставления халифа Абу Бакра воинам, правила ведения споров с Людьми Писания, проявления уважения к умершим иноверцам, а также примеры из жизни Пророка Мухаммада, включая его отношение к Мутиму ибн Ади и поддержку родственных связей с немусульманами.
3. Равенство мусульман и немусульман в правоотношениях в исламском обществе
Раздел посвящен развенчанию стереотипов об отсутствии прав у немусульман в исламском государстве. Автор подчеркивает коранический принцип общего происхождения человечества от Адама и равного достоинства всех людей. Рассматривается право иноверцев на судебную автономность и использование собственных законов, а также обязанность исламского суда выносить решения по справедливости, невзирая на конфессиональную принадлежность сторон. В качестве примера приводится договор халифа Умара с жителями Иерусалима.
4. Безопасность и социальные гарантии для немусульман
В разделе анализируются правовые механизмы обеспечения безопасности и социальной поддержки немусульман. Автор приводит исторические грамоты и договоры халифов Абу Бакра и Умара ибн ал-Хаттаба с жителями Наджрана и Хиры, гарантирующие сохранность их личностей, имущества, храмов и духовенства. Особое внимание уделено освобождению немощных, бедных и престарелых иноверцев от уплаты джизйи и предоставлению им социальных выплат из государственной казны.
5. Принципы гуманизма в исламе
Данный раздел раскрывает богословские и правовые основы исламского гуманизма. Рассматриваются взгляды классических и современных ученых на значение морали, благородного нрава и сдержанности. Автор критикует радикальные течения и подчеркивает, что человек в исламе наделен высшим достоинством и разумом. Анализируются коранические повеления о прощении, мягкости в призыве, примере пророков Мусы и Мухаммада, а также роли безопасности как одного из ключевых благ для общества.
6. Доброта и человечность в исламе
В разделе анализируются правовые механизмы обеспечения безопасности и социальной поддержки немусульман. Автор приводит исторические грамоты и договоры халифов Абу Бакра и Умара ибн ал-Хаттаба с жителями Наджрана и Хиры, гарантирующие сохранность их личностей, имущества, храмов и духовенства. Особое внимание уделено освобождению немощных, бедных и престарелых иноверцев от уплаты джизйи и предоставлению им социальных выплат из государственной казны.
5. Принципы гуманизма в исламе
Данный раздел раскрывает богословские и правовые основы исламского гуманизма. Рассматриваются взгляды классических и современных ученых на значение морали, благородного нрава и сдержанности. Автор критикует радикальные течения и подчеркивает, что человек в исламе наделен высшим достоинством и разумом. Анализируются коранические повеления о прощении, мягкости в призыве, примере пророков Мусы и Мухаммада, а также роли безопасности как одного из ключевых благ для общества.
6. Доброта и человечность в исламе
Раздел исследует доброту как неотъемлемое внутреннее качество верующего и ключевой принцип исламского поведения. Приводятся аяты и хадисы, предписывающие снисходительность, отзывчивость и состязательность в добрых делах. Автор показывает, как Пророк Мухаммад проявлял милосердие, мягкость и заботу о бедных, сиротах и оказавшихся в нужде, независимо от их вероисповедания. Подчеркивается, что морально-этические ценности ислама направлены на благо всего человечества.
7. Отношение ислама к притеснению иноверцев
В разделе детально разбирается понятие «зулм» (несправедливость, притеснение, беззаконие) и его строжайший запрет в исламе. На основе Корана, священных хадисов и трудов ученых показано, что притеснение запрещено по отношению к любому человеку, включая неверующих. Рассматриваются тяжелые духовные и социальные последствия несправедливости, неизбежность возмездия в Судный день, а также обязанность общества противостоять притеснителям и защищать обиженных.
8. Знания – оружие против невежества и нетерпимости
В разделе детально разбирается понятие «зулм» (несправедливость, притеснение, беззаконие) и его строжайший запрет в исламе. На основе Корана, священных хадисов и трудов ученых показано, что притеснение запрещено по отношению к любому человеку, включая неверующих. Рассматриваются тяжелые духовные и социальные последствия несправедливости, неизбежность возмездия в Судный день, а также обязанность общества противостоять притеснителям и защищать обиженных.
8. Знания – оружие против невежества и нетерпимости
Раздел посвящен ключевой роли шариатских знаний в преодолении религиозного фанатизма, смуты и разногласий. Автор приводит высказывания имама Ахмада, Ибн ал-Каййима и других богословов о том, что любое деяние без знаний приносит вред. Раскрывается высокий статус ученых как наследников пророков и необходимость обращения к ним при решении сложных вопросов. Подчеркивается, что простого владения языком недостаточно для правильного понимания истин веры.
9. Неправильное понимание и толкование Корана и Сунны как одна из причин религиозной нетерпимости в обществе
В данном разделе анализируются причины возникновения сект и радикальных течений. Главным фактором раскола автор называет ошибочное толкование Корана и Сунны в отрыве от методологии праведных предшественников (салафов). Рассматривается вред следования страстям, личным предубеждениям и заключениям лжеученых. Разбираются критерии принятия деяний (искренность и соответствие Сунне) и подчеркивается недопустимость вынесения религиозных суждений без надлежащей квалификации.
10. Заключение
Заключительный раздел подводит итоги исследования и формулирует концепцию религиозной толерантности как необходимого условия выживания и стабильности общества в XXI веке. Автор призывает к внедрению принципов взаимоуважения, развитию межконфессионального диалога, духовно-нравственному возрождению и активной созидательной деятельности мусульман. Подчеркивается, что высшей целью верующего является служение Господу через проявление милосердия, справедливости и доброты ко всем людям.
Список использованной литературы
В данном разделе анализируются причины возникновения сект и радикальных течений. Главным фактором раскола автор называет ошибочное толкование Корана и Сунны в отрыве от методологии праведных предшественников (салафов). Рассматривается вред следования страстям, личным предубеждениям и заключениям лжеученых. Разбираются критерии принятия деяний (искренность и соответствие Сунне) и подчеркивается недопустимость вынесения религиозных суждений без надлежащей квалификации.
10. Заключение
Заключительный раздел подводит итоги исследования и формулирует концепцию религиозной толерантности как необходимого условия выживания и стабильности общества в XXI веке. Автор призывает к внедрению принципов взаимоуважения, развитию межконфессионального диалога, духовно-нравственному возрождению и активной созидательной деятельности мусульман. Подчеркивается, что высшей целью верующего является служение Господу через проявление милосердия, справедливости и доброты ко всем людям.
Список использованной литературы
Section
Раздел содержит перечень источников и научной литературы, использованных автором при написании книги. В список входят 55 наименований, включая академические издания Корана, сборники хадисов ал-Бухари, Муслима, Абу Давуда, ат-Тирмизи, тафсиры ат-Табари, Ибн Касира, ал-Куртуби, фундаментальные труды Ибн Таймийи, Ибн ал-Каййима, Ибн Хазма, а также работы современных исламских богословов и исследователей.
Монография М.А. Гезгиева «Религиозная умеренность и толерантность в свете Корана и Сунны как залог общественной стабильности» представляет собой последовательное богословско-правовое исследование, направленное на раскрытие гуманистического потенциала ислама и обоснование принципов веротерпимости на основе первоисточников. Содержание книги структурировано по десяти содержательным главам и завершается библиографическим списком источников.
Вводная часть монографии (Предисловие) задает теоретико-методологическую рамку исследования, в рамках которой религиозная толерантность и умеренность (васатыйа) рассматриваются как важнейшие социальные нормы гражданского общества. Автор опирается на кораническое определение мусульманской уммы как «средней общины» (Коран, 2:143) и развивает мысль о том, что ислам по своей природе отвергает радикальные крайности — как чрезмерность (гулувв), так и упущение (тафрит). На основе высказываний выдающихся ученых, таких как ат-Табари, Ибн Каййим ал-Джавзийа и шейх Мухаммад Садык Мухаммад Йусуф, автор показывает, что соблюдение баланса и золотой середины является ключевым условием духовного здоровья личности и безопасности общества. В предисловии также анализируется феномен религиозного экстремизма, указывается на терминологическую несостоятельность данного понятия в сочетании с истинной религией и утверждается необходимость просветительской работы.
Вторая глава («Примеры межконфессиональной толерантности из истории ислама») переходит от теоретических положений к исторической практике. Автор подробно разбирает правовые и институциональные аспекты статуса иноверцев в исламском государстве, в частности институт джизйи, который трактуется в шариатском праве не как средство ущемления, а как договор о защите прав, жизни, имущества и свободы вероисповедания немусульман (ахл аз-зимма). В главе приводится обширный массив историко-богословских свидетельств: наставления халифа Абу Бакра воинам о запрете вреда монахам, женщинам, детям и имуществу; прецедент проявления уважения Пророком Мухаммадом к умершему иудею; правила корректного ведения богословских дискуссий с Людьми Писания; исторический эпизод покровительства курайшита Мутима ибн Ади Пророку и благодарное отношение мусульман к его памяти.
Третья и четвертая главы («Равенство мусульман и немусульман в правоотношениях в исламском обществе» и «Безопасность и социальные гарантии для немусульман») раскрывают правовые и социальные аспекты темы. Автор обосновывает равенство всех людей на основе коранического принципа единого происхождения от Адама (Коран, 4:1) и показывает, что в исламском обществе немусульмане обладали судебной автономностью, а при обращении в исламский суд пользовались равными правами на объективное и беспристрастное разбирательство. Рассматриваются исторические документы, такие как Договор Умара ибн ал-Хаттаба с жителями Иерусалима (Илии), а также договорные грамоты Абу Бакра и Умара с жителями Наджрана и Хиры. Особый акцент сделан на функционировании системы социальной помощи: немощные, бедные и престарелые немусульмане не только освобождались от уплаты джизйи, но и получали государственное содержание из мусульманской казны (байт ал-мал), что подтверждается практикой халифов Умара ибн ал-Хаттаба и Умара ибн Абд ал-Азиза.
Пятая и шестая главы («Принципы гуманизма в исламе» и «Доброта и человечность в исламе») посвящен этико-философскому измерению исламского учения. Автор аргументирует, что человек в исламе наделен высоким статусом наместника на земле, разумом и собственным достоинством. Гуманистическая установка ислама выражается в приоритете сдержанности, мягкости, доброты и прощения. На основе аятов Корана и хадисов анализируются призывы к проявлению милосердия ко всем творениям без исключения. Автор демонстрирует, что Пророк Мухаммад вел торговлю, принимал подарки, поддерживал добрососедские отношения и наносил визиты вежливости к немусульманам, задавая стандарт этического поведения для верующих.
Седьмая глава («Отношение ислама к притеснению иноверцев») детально исследует понятие «зулм» (несправедливость, притеснение). На основе священных текстов показано, что Всевышний запретил притеснение Самому Себе и Своим рабам. Автор доказывает, что посягательство на жизнь, честь и имущество немусульман, заключивших договор или проживающих в мире с мусульманами, является тяжким грехом, лишающим преступника благоухания Рая. В главе приводятся хадисы о том, что мольба притесненного иноверца принимается Творцом без преград, а также разбираются вопросы строгого запрета вероломства, обмана и агрессии.
Восьмая и девятая главы («Знания – оружие против невежества и нетерпимости» и «Неправильное понимание и толкование Корана и Сунны как одна из причин религиозной нетерпимости в обществе») затрагивают гносеологические и методологические проблемы. Автор убедительно показывает, что главной причиной радикализации и религиозной нетерпимости является невежество (джахль) и поверхностное, искаженное толкование Корана и Сунны. В работе подчеркивается необходимость следования методологии праведных предшественников (салафов) и обращения к авторитетным ученым, имеющим глубокие шариатские знания. Попытки самостоятельно выносить религиозные суждения (фатвы) без должного уровня подготовки и под влиянием эмоций или страстей квалифицируются как опасное заблуждение.
В «Заключении» автор обобщает результаты исследования, подчёркивая, что религиозная толерантность выступает единственным возможным условием сохранения мира и стабильности в поликонфессиональном обществе XXI века. Завершает книгу «Список использованной литературы», включающий 55 классических и современных источников.
Взаимосвязь всех разделов монографии выстроена по принципу от общего теоретического анализа принципа умеренности к историческим прецедентам, правовым нормам, этическим концепциям и, наконец, к выявлению причин искажения исламского учения и путям их преодоления через просвещение.
Вводная часть монографии (Предисловие) задает теоретико-методологическую рамку исследования, в рамках которой религиозная толерантность и умеренность (васатыйа) рассматриваются как важнейшие социальные нормы гражданского общества. Автор опирается на кораническое определение мусульманской уммы как «средней общины» (Коран, 2:143) и развивает мысль о том, что ислам по своей природе отвергает радикальные крайности — как чрезмерность (гулувв), так и упущение (тафрит). На основе высказываний выдающихся ученых, таких как ат-Табари, Ибн Каййим ал-Джавзийа и шейх Мухаммад Садык Мухаммад Йусуф, автор показывает, что соблюдение баланса и золотой середины является ключевым условием духовного здоровья личности и безопасности общества. В предисловии также анализируется феномен религиозного экстремизма, указывается на терминологическую несостоятельность данного понятия в сочетании с истинной религией и утверждается необходимость просветительской работы.
Вторая глава («Примеры межконфессиональной толерантности из истории ислама») переходит от теоретических положений к исторической практике. Автор подробно разбирает правовые и институциональные аспекты статуса иноверцев в исламском государстве, в частности институт джизйи, который трактуется в шариатском праве не как средство ущемления, а как договор о защите прав, жизни, имущества и свободы вероисповедания немусульман (ахл аз-зимма). В главе приводится обширный массив историко-богословских свидетельств: наставления халифа Абу Бакра воинам о запрете вреда монахам, женщинам, детям и имуществу; прецедент проявления уважения Пророком Мухаммадом к умершему иудею; правила корректного ведения богословских дискуссий с Людьми Писания; исторический эпизод покровительства курайшита Мутима ибн Ади Пророку и благодарное отношение мусульман к его памяти.
Третья и четвертая главы («Равенство мусульман и немусульман в правоотношениях в исламском обществе» и «Безопасность и социальные гарантии для немусульман») раскрывают правовые и социальные аспекты темы. Автор обосновывает равенство всех людей на основе коранического принципа единого происхождения от Адама (Коран, 4:1) и показывает, что в исламском обществе немусульмане обладали судебной автономностью, а при обращении в исламский суд пользовались равными правами на объективное и беспристрастное разбирательство. Рассматриваются исторические документы, такие как Договор Умара ибн ал-Хаттаба с жителями Иерусалима (Илии), а также договорные грамоты Абу Бакра и Умара с жителями Наджрана и Хиры. Особый акцент сделан на функционировании системы социальной помощи: немощные, бедные и престарелые немусульмане не только освобождались от уплаты джизйи, но и получали государственное содержание из мусульманской казны (байт ал-мал), что подтверждается практикой халифов Умара ибн ал-Хаттаба и Умара ибн Абд ал-Азиза.
Пятая и шестая главы («Принципы гуманизма в исламе» и «Доброта и человечность в исламе») посвящен этико-философскому измерению исламского учения. Автор аргументирует, что человек в исламе наделен высоким статусом наместника на земле, разумом и собственным достоинством. Гуманистическая установка ислама выражается в приоритете сдержанности, мягкости, доброты и прощения. На основе аятов Корана и хадисов анализируются призывы к проявлению милосердия ко всем творениям без исключения. Автор демонстрирует, что Пророк Мухаммад вел торговлю, принимал подарки, поддерживал добрососедские отношения и наносил визиты вежливости к немусульманам, задавая стандарт этического поведения для верующих.
Седьмая глава («Отношение ислама к притеснению иноверцев») детально исследует понятие «зулм» (несправедливость, притеснение). На основе священных текстов показано, что Всевышний запретил притеснение Самому Себе и Своим рабам. Автор доказывает, что посягательство на жизнь, честь и имущество немусульман, заключивших договор или проживающих в мире с мусульманами, является тяжким грехом, лишающим преступника благоухания Рая. В главе приводятся хадисы о том, что мольба притесненного иноверца принимается Творцом без преград, а также разбираются вопросы строгого запрета вероломства, обмана и агрессии.
Восьмая и девятая главы («Знания – оружие против невежества и нетерпимости» и «Неправильное понимание и толкование Корана и Сунны как одна из причин религиозной нетерпимости в обществе») затрагивают гносеологические и методологические проблемы. Автор убедительно показывает, что главной причиной радикализации и религиозной нетерпимости является невежество (джахль) и поверхностное, искаженное толкование Корана и Сунны. В работе подчеркивается необходимость следования методологии праведных предшественников (салафов) и обращения к авторитетным ученым, имеющим глубокие шариатские знания. Попытки самостоятельно выносить религиозные суждения (фатвы) без должного уровня подготовки и под влиянием эмоций или страстей квалифицируются как опасное заблуждение.
В «Заключении» автор обобщает результаты исследования, подчёркивая, что религиозная толерантность выступает единственным возможным условием сохранения мира и стабильности в поликонфессиональном обществе XXI века. Завершает книгу «Список использованной литературы», включающий 55 классических и современных источников.
Взаимосвязь всех разделов монографии выстроена по принципу от общего теоретического анализа принципа умеренности к историческим прецедентам, правовым нормам, этическим концепциям и, наконец, к выявлению причин искажения исламского учения и путям их преодоления через просвещение.
1. Предисловие
Предисловие открывает монографию рассмотрением проблемы межрелигиозной толерантности как одного из наиболее острых и актуальных вопросов современного глобального мира. Автор определяет межконфессиональную умеренность как комплексное явление общественного сознания, признающее правомерность существования множественных религиозных традиций. Религиозная толерантность трактуется как ценность и социальная норма гражданского общества, обеспечивающая каждому человеку право на свободу вероисповедания. Процесс формирования толерантности неразрывно связан со всей системой общественных отношений, реализацией прав и свобод, а также уровнем общей и духовной культуры социума.
В разделе подробно раскрывается сущность понятия «веротерпимость», которая проявляется в уважительном и умеренном отношении адептов одной конфессии к представителям других религиозных общностей. Автор дает четкое определение умеренности как способности человека контролировать свои чувства, желания и влечения посредством разума. Приводятся историко-философские параллели, где умеренность расценивалась как «здравомыслие» и «сдержанность» — одна из ключевых добродетелей наряду с мудростью и мужеством. В противовес умеренности, крайности и чрезмерность называются источниками бедствий на протяжении всей человеческой истории.
Особое место в предисловии занимает богословское обоснование умеренности (васатыйа) в исламе. Автор цитирует 125-й аят суры «Ан-Нахл» («Призывай на путь Господа с мудростью и наилучшим увещеванием») и 256-й аят суры «Ал-Бакара» («Нет принуждения в религии»), доказывая, что ислам категорически запрещает любое насилие в вопросах веры. Наводится хадис Пророка Мухаммада о том, что он был послан для доведения человеческого нрава до совершенства. Цитируя книгу шейха Мухаммада Садыка Мухаммада Йусуфа «Васатыйа — путь жизни», автор подчеркивает, что чистая человеческая натура не приемлет жесткости, а добродетель и простота всегда способствовали распространению ислама.
Далее разбирается ключевой аят Корана (2:143), в котором мусульманская умма названа «средней общиной» (умматан васатан). Приводятся толкования классика тафсира имама ат-Табари, определявшего слово «васат» (середина) как положение между двумя крайностями. Для иллюстрации нетерпимости к крайностям автор приводит высказывание Ибн Каййима ал-Джавзийи о том, что религия Аллаха представляет собой середину между чрезмерностью (гулувв) и упущением (тафрит), подобно долине между двумя горами. Также приводятся наставления халифа Умара ибн Абд ал-Азиза и сподвижника Хузейфы ибн Йамана о том, что справедливость есть середина между крайностями.
В заключительной части предисловия автор затрагивает проблему религиозного экстремизма. Указывается на противоречивость понятия «религиозный экстремизм», поскольку истинная религия по своей сути не может нести агрессию и насилие. Автор отмечает, что радикальные течения лишь эксплуатируют религиозную риторику, искажая священные понятия («джихад», «шахид») и вводя в заблуждение общественность. Единственным эффективным путем профилактики экстремизма называется формирование умеренности в обществе через образование, просвещение, добрососедство и следование духовному примеру Пророка Мухаммада.
2. Примеры межконфессиональной толерантности из истории ислама
Второй раздел монографии посвящен практическому воплощению принципов веротерпимости в историческом опыте исламской цивилизации. Автор подчеркивает, что ислам вменяет людям в обязанность поддержание единства, равенства основных прав каждого человека и категорически отвергает размежевание общества по религиозному признаку. Из Корана приводится 90-й аят суры «Ан-Нахл», предписывающий справедливость, благодетельствование и запрещающий беззаконие.
Далее автор рассматривает отношение к немусульманам в Арабском халифате и Османской империи, характеризуя его как терпимое и равноправное. Анализируется правовой институт джизйи — специального налога, выплачиваемого немусульманским населением (зиммиями). Автор приводит арабскую этимологию слова «джизйа» (откуп, возмещение) и шариатское определение, принятое в шафиитском мазхабе (по Мухаммаду аз-Зухайли): деньги, взимаемые по взаимному согласию в обмен на гарантию неприкосновенности личности, детей и имущества немусульман. Смысл джизйи заключается в защите прав и нахождении иноверцев под опекой мусульманского государства.
В главе цитируется 15-й аят суры «Аш-Шура», определяющий позицию Пророка в отношении представителей иных вероисповеданий: веление быть стойким в вере, судить по справедливости и признавать общий духовный суд Всевышнего. В качестве важного исторического документа приводится наставление первого праведного халифа Абу Бакра Сиддика воинам, отправлявшимся в Сирию под командованием Усамы ибн Зейда. Халиф строго запретил изменять данному слову, грабить, уродовать тела погибших, убивать детей, стариков, женщин, уничтожать финиковые сады, фруктовые деревья и скот, а также повелел не трогать монахов, уединившихся в молельнях.
Для иллюстрации уважения к человеческому достоинству иноверцев приводятся 8-й аят суры «Ал-Маида» (веление свидетельствовать беспристрастно и не допускать, чтобы ненависть вела к несправедливости) и комментарий к нему ал-Куртуби (ссылаясь на Абу ‘Убайду и ал-Фарру). Приводится известный хадис «Милостивых помилует Милостивый...», а также 46-й аят суры «Ал-Анкабут», предписывающий вести споры с Людьми Писания наилучшим образом, и 108-й аят суры «Ал-Ан‘ам», запрещающий оскорблять объекты поклонения иноверцев.
Особое внимание уделено хадису из сборника ал-Бухари о том, как сподвижники Сахл ибн Хунайф и Кайс ибн Са‘д встали при виде погребальных носилок зиммия в Кадисиййи, сославшись на пример Пророка Мухаммада, который встал перед носилками умершего иудея, произнеся фразы: «А разве он не человек?!». Также рассматривается 8-й аят суры «Ал-Мумтахана», разрешающий доброту и справедливость к иноверцам, не воюющим с мусульманами.
Далее анализируется хадис о категорическом запрете убивать немусульман, находящихся под договором (му‘ахад): «Кто убил немусульманина, получившего гарантии безопасности... не почувствует даже и благоухания Рая...». Автор разъясняет термин «му‘ахад» и приводит 2-й аят суры «Ал-Маида» («Помогайте друг другу в благочестии и богобоязненности»).
В заключительной части главы подробно разбираются правовые нормы защиты имущества немусульман. Разбирается случай с ал-Мугирой ибн Шу‘бой, чью добычу, захваченную вероломным путем до принятия ислама, Пророк отказался принять. Приводятся оценки Имама Малика, Ибн Кудамы и ал-Куртуби, единодушно утверждавших, что за кражу имущества зиммия мусульманину отрубают руку, так как жизнь и имущество зиммия неприкосновенны.
3. Равенство мусульман и немусульман в правоотношениях в исламском обществе
Третий раздел посвящен правовому статусу немусульман и принципу равенства всех членов общества перед законом. Автор открывает главу 19-м аятом суры «Ал-Фуркан» («Тем из вас, кто поступал несправедливо, Мы дадим вкусить великие мучения») и указывает, что пренебрежение защитой иноверцев и попирание их прав расценивается в исламе как тяжелейший грех.
В монографии раскрывается кораническое понимание равенства человеческого рода, основанное на единстве происхождения всех людей от одного существа (Адама) и его супруги, как написано в 1-м аяте суры «Ан-Ниса». На этой основе автор опровергает распространенные стереотипы о якобы бесправном положении немусульман в исламском обществе. Подданным исламского государства гарантировалась полная свобода в применении собственных религиозных законов в сфере семейного и внутреннего права. Если же они обращались в исламский суд, судьи обязаны были выносить решения исключительно на основе абсолютной справедливости, согласно 42-му аяту суры «Ал-Маида» («Если будешь судить между ними, то суди по справедливости...»).
Автор цитирует 135-й аят суры «Ан-Ниса», где Всевышний призывает мусульман отстаивать справедливость перед Богом, даже если это свидетельствует против них самих, их родителей или близких родственников, независимо от того, богат человек или беден. В качестве фундаментального исторического примера равенства и правовой защиты приводится Мирный договор (аман) халифа Умара ибн ал-Хаттаба с христианским населением Иерусалима (Илии). В этом документе гарантировалась абсолютная неприкосновенность личности, имущества, церквей, крестов, обрядов больных и здоровых граждан, а также запрещалось принуждение к смене веры или оккупация их жилищ иудейскими поселениями.
Далее в главе приводятся суждения классика исламской правовой мысли Ибн Хазма, который утверждал, что в случае нападения внешнего врага на Людей Договора (ахл аз-зимма), обязанностью мусульман является взятие в руки оружия и готовность погибнуть в битве за их защиту, а оставление их без защиты означает пренебрежение священным долгом. В подтверждение этой мысли приводится исторический прецедент с Шейх-ул-Исламом Ибн Таймийей: когда татаро-монголы захватили пленников в Сирии, он лично отправился к их предводителю и категорически отказался принять освобождение только мусульман, потребовав и добившись освобождения всех иудейских и христианских узников как «людей договора».
Также приводятся труды имама ал-Маварди («Ал-Ахкам ас-султания»), писавшего, что уплата джизйи дает иноверцам два незыблемых права: право на покой (небыть потревоженными) и право на защиту внутри общества и от внешних угроз. Глава завершается хадисом о сподвижнице Умм Хани, которая пообещала защиту иноверцу Ибн Хубайре; когда ее брат хотел поступить с ним вопреки этому, Пророк Мухаммад закрепил за ней это право, произнеся: «Любой, кому ты пообещала защиту, находится под охраной всех нас, о Умм Хани».
4. Безопасность и социальные гарантии для немусульман
Четвертый раздел раскрывает практические механизмы обеспечения безопасности, экономической защиты и социальной поддержки немусульманского населения. Автор подчеркивает, что справедливость является основным требованием шариата в отношениях между мусульманами и иноверцами.
В качестве документального подтверждения приводится историческое послание второй праведного халифа Умара ибн ал-Хаттаба жителям иракского Наджрана, записанное в трактате Абу Йусуфа «Китаб ал-харадж». В этой грамоте халиф от имени Бога и Посланника гарантировал переселившимся наджранцам полную безопасность в пути, запретив мусульманам причинять им какой-либо ущерб. Далее автор детально описывает систему социальной помощи: если немусульманин становился бедным, терял трудоспособность или достигал преклонного возраста, исламское государство брало его под опеку, оказывая материальную поддержку и обеспечивая достойную жизнь.
Для глубокого раскрытия этой темы автор привлекает сведения из «Китаб ал-харадж» Абу Йусуфа Йакуба ибн Ибрахима (ученика Имама Абу Ханифы). В труде описывается договор полководца Халида ибн ал-Валида с христианским населением города Хиры в Ираке. В договоре прямо зафиксировано: если старик обеднеет, потеряет силы или лишится богатства и станет получать милостыню от единоверцев, он освобождается от уплаты джизйи, а сам он и его дети берутся на полное материальное обеспечение из мусульманской государственной казны (байт ал-мал).
Другим ярким историческим свидетельством служит случай из жизни халифа Умара ибн ал-Хаттаба. Увидев у дверей дома слепого престарелого иудея, просившего милостыню для уплаты джизйи и пропитания, халиф взял его за руку, отвел в свой дом, одарил личным имуществом и дал распоряжение казначею: «Посмотри на этого старика и ему подобных. Клянусь Аллахом, мы не правы в отношении к нему: мы съели его молодость, а потом, в старости, наказываем...». Подобная практика социальной поддержки иноверцев сохранялась и при халифе Умаре ибн Абд ал-Азизе.
Автор цитирует еще одну грамоту Абу Бакра Сиддика жителям Наджрана (засвидетельствованную Абу Суфйаном, Мугирой ибн Шу‘бой и другими), в которой за ними утверждалось покровительство Бога и Пророка, неприкосновенность земли, веры, имущества, духовенства (епископов, монахов) и храмов. Также приводится документ Абдаллаха ибн Абу Рафиса (657 г.), запрещавший облагать наджранцев сверх их платежеспособности, чинить им препятствия и привлекать к чрезвычайным поборам.
Особое место в предисловии занимает богословское обоснование умеренности (васатыйа) в исламе. Автор цитирует 125-й аят суры «Ан-Нахл» («Призывай на путь Господа с мудростью и наилучшим увещеванием») и 256-й аят суры «Ал-Бакара» («Нет принуждения в религии»), доказывая, что ислам категорически запрещает любое насилие в вопросах веры. Наводится хадис Пророка Мухаммада о том, что он был послан для доведения человеческого нрава до совершенства. Цитируя книгу шейха Мухаммада Садыка Мухаммада Йусуфа «Васатыйа — путь жизни», автор подчеркивает, что чистая человеческая натура не приемлет жесткости, а добродетель и простота всегда способствовали распространению ислама.
Далее разбирается ключевой аят Корана (2:143), в котором мусульманская умма названа «средней общиной» (умматан васатан). Приводятся толкования классика тафсира имама ат-Табари, определявшего слово «васат» (середина) как положение между двумя крайностями. Для иллюстрации нетерпимости к крайностям автор приводит высказывание Ибн Каййима ал-Джавзийи о том, что религия Аллаха представляет собой середину между чрезмерностью (гулувв) и упущением (тафрит), подобно долине между двумя горами. Также приводятся наставления халифа Умара ибн Абд ал-Азиза и сподвижника Хузейфы ибн Йамана о том, что справедливость есть середина между крайностями.
В заключительной части предисловия автор затрагивает проблему религиозного экстремизма. Указывается на противоречивость понятия «религиозный экстремизм», поскольку истинная религия по своей сути не может нести агрессию и насилие. Автор отмечает, что радикальные течения лишь эксплуатируют религиозную риторику, искажая священные понятия («джихад», «шахид») и вводя в заблуждение общественность. Единственным эффективным путем профилактики экстремизма называется формирование умеренности в обществе через образование, просвещение, добрососедство и следование духовному примеру Пророка Мухаммада.
2. Примеры межконфессиональной толерантности из истории ислама
Второй раздел монографии посвящен практическому воплощению принципов веротерпимости в историческом опыте исламской цивилизации. Автор подчеркивает, что ислам вменяет людям в обязанность поддержание единства, равенства основных прав каждого человека и категорически отвергает размежевание общества по религиозному признаку. Из Корана приводится 90-й аят суры «Ан-Нахл», предписывающий справедливость, благодетельствование и запрещающий беззаконие.
Далее автор рассматривает отношение к немусульманам в Арабском халифате и Османской империи, характеризуя его как терпимое и равноправное. Анализируется правовой институт джизйи — специального налога, выплачиваемого немусульманским населением (зиммиями). Автор приводит арабскую этимологию слова «джизйа» (откуп, возмещение) и шариатское определение, принятое в шафиитском мазхабе (по Мухаммаду аз-Зухайли): деньги, взимаемые по взаимному согласию в обмен на гарантию неприкосновенности личности, детей и имущества немусульман. Смысл джизйи заключается в защите прав и нахождении иноверцев под опекой мусульманского государства.
В главе цитируется 15-й аят суры «Аш-Шура», определяющий позицию Пророка в отношении представителей иных вероисповеданий: веление быть стойким в вере, судить по справедливости и признавать общий духовный суд Всевышнего. В качестве важного исторического документа приводится наставление первого праведного халифа Абу Бакра Сиддика воинам, отправлявшимся в Сирию под командованием Усамы ибн Зейда. Халиф строго запретил изменять данному слову, грабить, уродовать тела погибших, убивать детей, стариков, женщин, уничтожать финиковые сады, фруктовые деревья и скот, а также повелел не трогать монахов, уединившихся в молельнях.
Для иллюстрации уважения к человеческому достоинству иноверцев приводятся 8-й аят суры «Ал-Маида» (веление свидетельствовать беспристрастно и не допускать, чтобы ненависть вела к несправедливости) и комментарий к нему ал-Куртуби (ссылаясь на Абу ‘Убайду и ал-Фарру). Приводится известный хадис «Милостивых помилует Милостивый...», а также 46-й аят суры «Ал-Анкабут», предписывающий вести споры с Людьми Писания наилучшим образом, и 108-й аят суры «Ал-Ан‘ам», запрещающий оскорблять объекты поклонения иноверцев.
Особое внимание уделено хадису из сборника ал-Бухари о том, как сподвижники Сахл ибн Хунайф и Кайс ибн Са‘д встали при виде погребальных носилок зиммия в Кадисиййи, сославшись на пример Пророка Мухаммада, который встал перед носилками умершего иудея, произнеся фразы: «А разве он не человек?!». Также рассматривается 8-й аят суры «Ал-Мумтахана», разрешающий доброту и справедливость к иноверцам, не воюющим с мусульманами.
Далее анализируется хадис о категорическом запрете убивать немусульман, находящихся под договором (му‘ахад): «Кто убил немусульманина, получившего гарантии безопасности... не почувствует даже и благоухания Рая...». Автор разъясняет термин «му‘ахад» и приводит 2-й аят суры «Ал-Маида» («Помогайте друг другу в благочестии и богобоязненности»).
В заключительной части главы подробно разбираются правовые нормы защиты имущества немусульман. Разбирается случай с ал-Мугирой ибн Шу‘бой, чью добычу, захваченную вероломным путем до принятия ислама, Пророк отказался принять. Приводятся оценки Имама Малика, Ибн Кудамы и ал-Куртуби, единодушно утверждавших, что за кражу имущества зиммия мусульманину отрубают руку, так как жизнь и имущество зиммия неприкосновенны.
3. Равенство мусульман и немусульман в правоотношениях в исламском обществе
Третий раздел посвящен правовому статусу немусульман и принципу равенства всех членов общества перед законом. Автор открывает главу 19-м аятом суры «Ал-Фуркан» («Тем из вас, кто поступал несправедливо, Мы дадим вкусить великие мучения») и указывает, что пренебрежение защитой иноверцев и попирание их прав расценивается в исламе как тяжелейший грех.
В монографии раскрывается кораническое понимание равенства человеческого рода, основанное на единстве происхождения всех людей от одного существа (Адама) и его супруги, как написано в 1-м аяте суры «Ан-Ниса». На этой основе автор опровергает распространенные стереотипы о якобы бесправном положении немусульман в исламском обществе. Подданным исламского государства гарантировалась полная свобода в применении собственных религиозных законов в сфере семейного и внутреннего права. Если же они обращались в исламский суд, судьи обязаны были выносить решения исключительно на основе абсолютной справедливости, согласно 42-му аяту суры «Ал-Маида» («Если будешь судить между ними, то суди по справедливости...»).
Автор цитирует 135-й аят суры «Ан-Ниса», где Всевышний призывает мусульман отстаивать справедливость перед Богом, даже если это свидетельствует против них самих, их родителей или близких родственников, независимо от того, богат человек или беден. В качестве фундаментального исторического примера равенства и правовой защиты приводится Мирный договор (аман) халифа Умара ибн ал-Хаттаба с христианским населением Иерусалима (Илии). В этом документе гарантировалась абсолютная неприкосновенность личности, имущества, церквей, крестов, обрядов больных и здоровых граждан, а также запрещалось принуждение к смене веры или оккупация их жилищ иудейскими поселениями.
Далее в главе приводятся суждения классика исламской правовой мысли Ибн Хазма, который утверждал, что в случае нападения внешнего врага на Людей Договора (ахл аз-зимма), обязанностью мусульман является взятие в руки оружия и готовность погибнуть в битве за их защиту, а оставление их без защиты означает пренебрежение священным долгом. В подтверждение этой мысли приводится исторический прецедент с Шейх-ул-Исламом Ибн Таймийей: когда татаро-монголы захватили пленников в Сирии, он лично отправился к их предводителю и категорически отказался принять освобождение только мусульман, потребовав и добившись освобождения всех иудейских и христианских узников как «людей договора».
Также приводятся труды имама ал-Маварди («Ал-Ахкам ас-султания»), писавшего, что уплата джизйи дает иноверцам два незыблемых права: право на покой (небыть потревоженными) и право на защиту внутри общества и от внешних угроз. Глава завершается хадисом о сподвижнице Умм Хани, которая пообещала защиту иноверцу Ибн Хубайре; когда ее брат хотел поступить с ним вопреки этому, Пророк Мухаммад закрепил за ней это право, произнеся: «Любой, кому ты пообещала защиту, находится под охраной всех нас, о Умм Хани».
4. Безопасность и социальные гарантии для немусульман
Четвертый раздел раскрывает практические механизмы обеспечения безопасности, экономической защиты и социальной поддержки немусульманского населения. Автор подчеркивает, что справедливость является основным требованием шариата в отношениях между мусульманами и иноверцами.
В качестве документального подтверждения приводится историческое послание второй праведного халифа Умара ибн ал-Хаттаба жителям иракского Наджрана, записанное в трактате Абу Йусуфа «Китаб ал-харадж». В этой грамоте халиф от имени Бога и Посланника гарантировал переселившимся наджранцам полную безопасность в пути, запретив мусульманам причинять им какой-либо ущерб. Далее автор детально описывает систему социальной помощи: если немусульманин становился бедным, терял трудоспособность или достигал преклонного возраста, исламское государство брало его под опеку, оказывая материальную поддержку и обеспечивая достойную жизнь.
Для глубокого раскрытия этой темы автор привлекает сведения из «Китаб ал-харадж» Абу Йусуфа Йакуба ибн Ибрахима (ученика Имама Абу Ханифы). В труде описывается договор полководца Халида ибн ал-Валида с христианским населением города Хиры в Ираке. В договоре прямо зафиксировано: если старик обеднеет, потеряет силы или лишится богатства и станет получать милостыню от единоверцев, он освобождается от уплаты джизйи, а сам он и его дети берутся на полное материальное обеспечение из мусульманской государственной казны (байт ал-мал).
Другим ярким историческим свидетельством служит случай из жизни халифа Умара ибн ал-Хаттаба. Увидев у дверей дома слепого престарелого иудея, просившего милостыню для уплаты джизйи и пропитания, халиф взял его за руку, отвел в свой дом, одарил личным имуществом и дал распоряжение казначею: «Посмотри на этого старика и ему подобных. Клянусь Аллахом, мы не правы в отношении к нему: мы съели его молодость, а потом, в старости, наказываем...». Подобная практика социальной поддержки иноверцев сохранялась и при халифе Умаре ибн Абд ал-Азизе.
Автор цитирует еще одну грамоту Абу Бакра Сиддика жителям Наджрана (засвидетельствованную Абу Суфйаном, Мугирой ибн Шу‘бой и другими), в которой за ними утверждалось покровительство Бога и Пророка, неприкосновенность земли, веры, имущества, духовенства (епископов, монахов) и храмов. Также приводится документ Абдаллаха ибн Абу Рафиса (657 г.), запрещавший облагать наджранцев сверх их платежеспособности, чинить им препятствия и привлекать к чрезвычайным поборам.
Глава завершается богословскими выводами о том, что ислам с момента своего возникновения является религией «золотой середины» и не приемлету крайностей. Автор ссылается на аяты Корана (4:171, 11:112, 2:185) и хадисы, запрещающие излишество в религии («Остерегайтесь излишеств в религии, ибо тех, кто жил до вас, погубило излишество в религии»), доказывая, что верующий обязан соблюдать баланс между духовной практикой, семейными обязанностями и социальной деятельностью.
5. Принципы гуманизма в исламе
Пятый раздел освещает философско-этические и правовые основы исламского гуманизма. Автор указывает, что социальные нормы и правила поведения заложены в Коране и Сунне и усваиваются в процессе социализации. В главе критикуются верующие, которые сводят религию лишь к внешней обрядности, игнорируя высоконравственное поведение и нанося тем самым вред образу ислама. Ссылаясь на книгу шейха Мухаммада ал-Газали «Нравственность мусульманина», автор доказывает неразрывную связь между верой, благочестием и моралью.
В подтверждение приводится знаменитый хадис о «разорившемся человеком» (муфлисе): им окажется тот, кто придет в Судный день с намазами, постом и закатом, но при жизни оскорблял, клеветал, присваивал чужое имущество, проливал кровь или бил людей, в результате чего все его добрые деяния отдадут обиженным, а их грехи взвалят на него, после чего он будет брошен в Огонь.
Автор дает понятийный анализ терминов «гуманизм» и «гуманность» (от лат. humanus — человечный), определяя гуманизм как систему взглядов, признающую высшую ценность человека, его право на свободу, счастье, защиту жизни и здоровья. В Коране человек наделен высоким статусом «наместника» Творца на земле, одарен разумом и способностью к созиданию. Автор подчеркивает, что кораническое учение требует разумного и творческого подхода к миру.
В главе подробно анализируется психология гуманной личности: отсутствие жестких агрессивных установок, самоконтроль, уважение к чужому мировоззрению, соблюдение социальных норм ради избежания конфликтов. Автор опровергает представление об агрессии как неотъемлемой части человеческой природы, приводя данные историков о 15 тысячах войн в истории человечества, и доказывает, что ислам позволяет человеку полностью избавиться от агрессивных побуждений.
Далее рассматривается концепция исламского гуманизма XXI века, где человек признается высшей ценностью, а главной задачей шариата является обеспечение его достоинства, прав и свобод. В качестве историко-религиозного примера гуманизма приводится эпизод из жизни Пророка Мухаммада во время его поездки в Таиф: несмотря на то, что жители забросали его камнями до крови, Пророк отверг предложение Ангела Гор обрушить на нечестивцев горы, произнеся: «Нет-нет, я еще надеюсь, что Господь произведет из их чресл потомков, которые станут исповедовать Его Единого...».
Пятый раздел освещает философско-этические и правовые основы исламского гуманизма. Автор указывает, что социальные нормы и правила поведения заложены в Коране и Сунне и усваиваются в процессе социализации. В главе критикуются верующие, которые сводят религию лишь к внешней обрядности, игнорируя высоконравственное поведение и нанося тем самым вред образу ислама. Ссылаясь на книгу шейха Мухаммада ал-Газали «Нравственность мусульманина», автор доказывает неразрывную связь между верой, благочестием и моралью.
В подтверждение приводится знаменитый хадис о «разорившемся человеком» (муфлисе): им окажется тот, кто придет в Судный день с намазами, постом и закатом, но при жизни оскорблял, клеветал, присваивал чужое имущество, проливал кровь или бил людей, в результате чего все его добрые деяния отдадут обиженным, а их грехи взвалят на него, после чего он будет брошен в Огонь.
Автор дает понятийный анализ терминов «гуманизм» и «гуманность» (от лат. humanus — человечный), определяя гуманизм как систему взглядов, признающую высшую ценность человека, его право на свободу, счастье, защиту жизни и здоровья. В Коране человек наделен высоким статусом «наместника» Творца на земле, одарен разумом и способностью к созиданию. Автор подчеркивает, что кораническое учение требует разумного и творческого подхода к миру.
В главе подробно анализируется психология гуманной личности: отсутствие жестких агрессивных установок, самоконтроль, уважение к чужому мировоззрению, соблюдение социальных норм ради избежания конфликтов. Автор опровергает представление об агрессии как неотъемлемой части человеческой природы, приводя данные историков о 15 тысячах войн в истории человечества, и доказывает, что ислам позволяет человеку полностью избавиться от агрессивных побуждений.
Далее рассматривается концепция исламского гуманизма XXI века, где человек признается высшей ценностью, а главной задачей шариата является обеспечение его достоинства, прав и свобод. В качестве историко-религиозного примера гуманизма приводится эпизод из жизни Пророка Мухаммада во время его поездки в Таиф: несмотря на то, что жители забросали его камнями до крови, Пророк отверг предложение Ангела Гор обрушить на нечестивцев горы, произнеся: «Нет-нет, я еще надеюсь, что Господь произведет из их чресл потомков, которые станут исповедовать Его Единого...».
Раздел завершается анализом безопасности как фундаментального блага. Ссылаясь на суры «Курайш» (106:3–4), «Ал-Хиджр» (15:46) и «Ан-Нахл» (16:112), автор показывает, что голод и страх называются в Коране худшими бедствиями. Подчеркивается, что ислам признает национальное (49:13), языковое (30:22) и религиозное (11:118–119, 10:99, 22:17, 24:25) разнообразие человечества как проявление мудрости и воли Всевышнего, а окончательный суд над убеждениями людей принадлежит Богу в Судный день.
6. Доброта и человечность в исламе
Шестой раздел посвящен исследованию доброты и человечности как базовых категорий исламской этики. Автор утверждает, что гуманизм и доброта неразрывно связаны, а доброта является главным качеством верующего, без которого его деяния остаются ущербными.
В главе цитируются фундаментальные аяты Корана: 199-й аят суры «Ал-А‘раф» («Будь снисходителен, вели творить добро и отвернись от невежд»), 22-й аят суры «Ан-Нур» («Пусть они простят и будут снисходительны...») и 159-й аят суры «Али Имран» («По милости Аллаха ты был мягок по отношению к ним. Если бы ты был грубым и жестокосердным, то они непременно покинули бы тебя...»). Автор указывает, что именно мягкость, благородство и вежливость Пророка Мухаммада обеспечили успех его проповеди.
Далее раскрывается широта понятия «добро» (хайр) в исламе, которое охватывает любые полезные дела, намеренное стремление к благу и бескорыстную помощь людям. Цитируются аяты Корана, призывающие к состязательности в добрых делах (23:61, 2:148, 83:26, 22:78, 3:104). В качестве ключевой богословской установки приводится хадис: «Религия — это доброжелательность» (Насиха).
Автор приводит целый ряд достоверных хадисов, предписывающих доброту и миролюбие: «Поистине, Аллах любит доброту во всем...», «Распространяйте мир, излучайте миролюбие...», «Будь милосерден ко всем тем, кто на земле, и в результате Тот, Кто на небесах, непременно проявит милость Свою к тебе». Подчеркивается, что милосердие должно распространяться на всех людей без исключения, а также на животных.
В заключительной части главы автор систематизирует морально-волевые качества мусульманина: милосердие, благородство, справедливость, смирение, терпимость, ответственность, усердие и отзывчивость. Быть мусульманином означает проявлять заботу о родителях, супругах, детях, близких, соседях, оказывать помощь нуждающимся, бездомным и голодным, независимо от их религиозной принадлежности, поскольку все мироздание создано Милостивым Творцом.
7. Отношение ислама к притеснению иноверцев
Седьмой раздел содержит подробный правовой и богословский анализ запрета на притеснение («зулм») в исламе. Автор дает определение термина «зулм» как несправедливости, угнетения, тирании и беззакония, а человека, совершающего его, называет «залимом». Подчеркивается, что зулм является тяжелейшим грехом, не имеющим границ и категорически запрещенным в отношении любого человека, независимо от его веры.
В монографии приводится известный священный хадис (хадис кудси), переданный Абу Зарром ал-Гифари: «О рабы Мои, поистине, Я запретил несправедливость Себе и сделал ее запретной меж вами, так не притесняйте же друг друга!». Цитируются 46-й аят суры «Фуссилат» («Господь твой не поступает несправедливо со Своими рабами») и хадис: «Бойтесь мольбы притесняемого, даже если он является неверным, ибо между его мольбой и Аллахом нет преграды!». Автор приводит комментарий имама ал-Мунави, разъяснявшего, что мольба любого обиженного получает прямой ответ от Творца.
Далее рассматривается классификация притеснения: зулм по отношению к самому себе (неверие, грехи, игнорирование Закона Божьего) и зулм по отношению к другим людям (ущемление их прав, посягательство на жизнь, честь и имущество). Приводятся коранический 90-й аят суры «Ан-Нахл» и слова Пророка Исы (Иисуса): «Благородство — это когда ты делаешь хорошее тому, кто сделал тебе плохое...».
Особое место в главе занимает анализ хадисов о социальной ответственности за совершение зулма. Разбирается хадис о «настоящем банкроте» (муфлисе), потерявшем все награды за обряды из-за обиды других людей, а также хадис из сборника Муслима о том, что в Судный День все права будут восстановлены, «и даже рогатая овца возместит нерогатой». Также рассматривается хадис о праве человека на защиту своего имущества от грабителей и насильников.
Автор подробно разбирает тему общественной ответственности за попустительство притеснителям. На основе хадиса («Помоги своему брату, будь он притеснитель или притесненный... задержи его руку от притеснения») и хадиса из сборника Абу Давуда («Если люди видят притеснителя и не препятствуют ему, то Аллах объемлет их всех наказанием») доказывается, что молчаливое согласие со злом делает людей соучастниками греха. Разбираются 25-й аят суры «Ал-Анфаль», 140-й аят суры «Ан-Ниса» и комментарии ученых к ним.
8. Знания – оружие против невежества и нетерпимости
Восьмой раздел посвящен гносеологической проблематике — роли истинного знания в предотвращении религиозного фанатизма, смуты и радикализации. Автор отмечает, что в современную эпоху умножения идеологий многие верующие впадают в замешательство. Цитируется пророческое предсказание: «Поистине, тот из вас, кто проживет долго, увидит множество разногласий!».
Автор доказывает, что главной причиной распространения порочных убеждений является отсутствие религиозных знаний (джахль). Любые действия (призыв, джихад, запрещение порицаемого) должны совершаться строго на основе знаний. Цитируется 108-й аят суры «Йусуф» («Скажи: Таков мой путь. Я и мои последователи призываем вас к Аллаху согласно знанию») и толкование имама аш-Шаукани термина «ал-басыра» (ясный довод, понимание, отличающее истину ото лжи). Также приводится 19-й аят суры «Мухаммад» («Знай, что нет никого достойного поклонения, кроме Аллаха...»).
В главе цитируется глава из сборника «Сахих» имама ал-Бухари: «Знание — прежде слов и деяний!». Автор приводит комментарии Ибн ал-Мунийра и Ибн ал-Каййима, утверждавших, что деяние без знания не приносит пользы, а приносит вред, и зло от Поклоняющегося без знаний перевешивает добро. Разбирается диалог с имамом Ахмадом, который на вопрос о том, куда лучше потратить 500 дирхамов — на джихад или на получение знаний, ответил, что для несведущего человека предпочтительнее требование знаний.
Далее автор показывает противопоставление знания и страстей (хава). Цитируется 50-й аят суры «Ал-Касас» («А кто может быть более заблудшим, чем тот, кто следует своим страстям без верного руководства от Аллаха?») и 119-й аят суры «Ал-Ан‘ам». Наводятся высказывания Ибн Таймийи («Каждый, кто не следует за знанием, следует за страстью») и Ибн Аббаса, рекомендовавшего вместо военного участия строить мечети и обучать людей фикху и сунне.
Шестой раздел посвящен исследованию доброты и человечности как базовых категорий исламской этики. Автор утверждает, что гуманизм и доброта неразрывно связаны, а доброта является главным качеством верующего, без которого его деяния остаются ущербными.
В главе цитируются фундаментальные аяты Корана: 199-й аят суры «Ал-А‘раф» («Будь снисходителен, вели творить добро и отвернись от невежд»), 22-й аят суры «Ан-Нур» («Пусть они простят и будут снисходительны...») и 159-й аят суры «Али Имран» («По милости Аллаха ты был мягок по отношению к ним. Если бы ты был грубым и жестокосердным, то они непременно покинули бы тебя...»). Автор указывает, что именно мягкость, благородство и вежливость Пророка Мухаммада обеспечили успех его проповеди.
Далее раскрывается широта понятия «добро» (хайр) в исламе, которое охватывает любые полезные дела, намеренное стремление к благу и бескорыстную помощь людям. Цитируются аяты Корана, призывающие к состязательности в добрых делах (23:61, 2:148, 83:26, 22:78, 3:104). В качестве ключевой богословской установки приводится хадис: «Религия — это доброжелательность» (Насиха).
Автор приводит целый ряд достоверных хадисов, предписывающих доброту и миролюбие: «Поистине, Аллах любит доброту во всем...», «Распространяйте мир, излучайте миролюбие...», «Будь милосерден ко всем тем, кто на земле, и в результате Тот, Кто на небесах, непременно проявит милость Свою к тебе». Подчеркивается, что милосердие должно распространяться на всех людей без исключения, а также на животных.
В заключительной части главы автор систематизирует морально-волевые качества мусульманина: милосердие, благородство, справедливость, смирение, терпимость, ответственность, усердие и отзывчивость. Быть мусульманином означает проявлять заботу о родителях, супругах, детях, близких, соседях, оказывать помощь нуждающимся, бездомным и голодным, независимо от их религиозной принадлежности, поскольку все мироздание создано Милостивым Творцом.
7. Отношение ислама к притеснению иноверцев
Седьмой раздел содержит подробный правовой и богословский анализ запрета на притеснение («зулм») в исламе. Автор дает определение термина «зулм» как несправедливости, угнетения, тирании и беззакония, а человека, совершающего его, называет «залимом». Подчеркивается, что зулм является тяжелейшим грехом, не имеющим границ и категорически запрещенным в отношении любого человека, независимо от его веры.
В монографии приводится известный священный хадис (хадис кудси), переданный Абу Зарром ал-Гифари: «О рабы Мои, поистине, Я запретил несправедливость Себе и сделал ее запретной меж вами, так не притесняйте же друг друга!». Цитируются 46-й аят суры «Фуссилат» («Господь твой не поступает несправедливо со Своими рабами») и хадис: «Бойтесь мольбы притесняемого, даже если он является неверным, ибо между его мольбой и Аллахом нет преграды!». Автор приводит комментарий имама ал-Мунави, разъяснявшего, что мольба любого обиженного получает прямой ответ от Творца.
Далее рассматривается классификация притеснения: зулм по отношению к самому себе (неверие, грехи, игнорирование Закона Божьего) и зулм по отношению к другим людям (ущемление их прав, посягательство на жизнь, честь и имущество). Приводятся коранический 90-й аят суры «Ан-Нахл» и слова Пророка Исы (Иисуса): «Благородство — это когда ты делаешь хорошее тому, кто сделал тебе плохое...».
Особое место в главе занимает анализ хадисов о социальной ответственности за совершение зулма. Разбирается хадис о «настоящем банкроте» (муфлисе), потерявшем все награды за обряды из-за обиды других людей, а также хадис из сборника Муслима о том, что в Судный День все права будут восстановлены, «и даже рогатая овца возместит нерогатой». Также рассматривается хадис о праве человека на защиту своего имущества от грабителей и насильников.
Автор подробно разбирает тему общественной ответственности за попустительство притеснителям. На основе хадиса («Помоги своему брату, будь он притеснитель или притесненный... задержи его руку от притеснения») и хадиса из сборника Абу Давуда («Если люди видят притеснителя и не препятствуют ему, то Аллах объемлет их всех наказанием») доказывается, что молчаливое согласие со злом делает людей соучастниками греха. Разбираются 25-й аят суры «Ал-Анфаль», 140-й аят суры «Ан-Ниса» и комментарии ученых к ним.
8. Знания – оружие против невежества и нетерпимости
Восьмой раздел посвящен гносеологической проблематике — роли истинного знания в предотвращении религиозного фанатизма, смуты и радикализации. Автор отмечает, что в современную эпоху умножения идеологий многие верующие впадают в замешательство. Цитируется пророческое предсказание: «Поистине, тот из вас, кто проживет долго, увидит множество разногласий!».
Автор доказывает, что главной причиной распространения порочных убеждений является отсутствие религиозных знаний (джахль). Любые действия (призыв, джихад, запрещение порицаемого) должны совершаться строго на основе знаний. Цитируется 108-й аят суры «Йусуф» («Скажи: Таков мой путь. Я и мои последователи призываем вас к Аллаху согласно знанию») и толкование имама аш-Шаукани термина «ал-басыра» (ясный довод, понимание, отличающее истину ото лжи). Также приводится 19-й аят суры «Мухаммад» («Знай, что нет никого достойного поклонения, кроме Аллаха...»).
В главе цитируется глава из сборника «Сахих» имама ал-Бухари: «Знание — прежде слов и деяний!». Автор приводит комментарии Ибн ал-Мунийра и Ибн ал-Каййима, утверждавших, что деяние без знания не приносит пользы, а приносит вред, и зло от Поклоняющегося без знаний перевешивает добро. Разбирается диалог с имамом Ахмадом, который на вопрос о том, куда лучше потратить 500 дирхамов — на джихад или на получение знаний, ответил, что для несведущего человека предпочтительнее требование знаний.
Далее автор показывает противопоставление знания и страстей (хава). Цитируется 50-й аят суры «Ал-Касас» («А кто может быть более заблудшим, чем тот, кто следует своим страстям без верного руководства от Аллаха?») и 119-й аят суры «Ал-Ан‘ам». Наводятся высказывания Ибн Таймийи («Каждый, кто не следует за знанием, следует за страстью») и Ибн Аббаса, рекомендовавшего вместо военного участия строить мечети и обучать людей фикху и сунне.
Section
Раздел содержит обширный блок хадисов и преданий о высочайшем статусе ученых (‘улама) как наследников пророков. Приводятся 11-й аят суры «Ал-Муджадила» (о возвышении обладателей знаний по степеням), 9-й аят суры «Аз-Зумар» («Разве равны те, которые знают, и те, которые не знают?!») и 18-й аят суры «Али Имран», где ученые упоминаются сразу после Бога и ангелов (с комментарием Ибн Джама‘а). Также цитируются хадисы о том, что ангелы расстилают крылья перед искателем знаний, а обитатели небес, земли, муравьи и киты просят прощения для ученого.
Глава завершается поучительной историей о курайшите ‘Утбе ибн Рабиа, который, прекрасно владея арабским языком, слушал аяты суры «Фуссилат» от Пророка, но не понял их духовного смысла. Автор делает важный вывод: простого знания языка недостаточно, ключевым является правильное понимание (фахм), которое Всевышний дарует искренним рабам.
9. Неправильное понимание и толкование Корана и Сунны как одна из причин религиозной нетерпимости в обществе
Девятый раздел детально исследует причинно-следственные связи между искаженным толкованием священных текстов и возникновением религиозной нетерпимости, раскола и сектантства. Автор ссылается на Ибн ал-Каййима, утверждавшего, что главной причиной распада Людей Писания и разделения мусульманской уммы на 73 течения стало именно неправильное толкование (та’виль).
В главе критикуется тенденция среди радикально настроенной молодежи пытаться постигать ислам самостоятельно, в отрыве от методологии праведных предшественников (салафов) — Пророка и его сподвижников. Автор подчеркивает, что недостаточно просто декларативно следовать Корану и Сунне; ключевым шариатским условием является их понимание в соответствии с восприятием первых поколений мусульман. В подтверждение приводится 115-й аят суры «Ан-Ниса», где обещана Геенна тому, кто воспротивится Посланнику и последует «не путем верующих».
Далее в монографии разбирается вред следования субъективным страстям, личным предубеждениям и умозаключениям. Автор опровергает ошибочное представление радикалов о том, что трудность или суровость какого-либо дела сама по себе свидетельствует о его богоугодности. На основе 2-го аята суры «Ал-Мульк» («...чтобы испытав вас, увидеть, чьи деяния окажутся лучше») и комментария Хафиза Ибн Касира показано: Бог требует не «больших» или «тяжелых» дел, а «лучших». Наводится определение имама ал-Фудайля ибн ‘Ийада: «лучшие деяния» — это деяния, обладающие двумя обязательными условиями: искренностью (ихлас — ради Аллаха) и правильностью (саваб — в соответствии с Сунной).
Автор указывает, что следование страстям приводит к высокомерию и закрывает путь к познанию истины. Цитируется 146-й аят суры «Ал-А‘раф» («Я отвращу от Моих знамений тех, которые возгордились на земле без всякого права»), комментарий Суфйана ибн Уайны (о лишении таких людей понимания Корана) и высказывание имама аз-Заркаши о том, что тайны Корана не открываются человеку, в чьем сердце есть ересь, страсть, любовь к мирскому или упорство в грехе.
Большое внимание уделено опасности дискредитации официального исламского духовенства и авторитетных ученых. Радикалы часто обвиняют ученых в слабости и «куфре» (неверии). Автор цитирует 43-й аят суры «Ан-Нахль» («Спросите же обладателей знания, если сами вы не знаете») и хадис: «Несут это знание из каждого поколения справедливые (ученые), которые отгоняют от него искажение преувеличивающих...». Приводятся предупреждения Пророка о появлении лжеученых и «невежественных лидеров», выносящих фатвы без знаний и вводящих людей в заблуждение (хадис из ал-Бухари и Муслима).
Девятый раздел детально исследует причинно-следственные связи между искаженным толкованием священных текстов и возникновением религиозной нетерпимости, раскола и сектантства. Автор ссылается на Ибн ал-Каййима, утверждавшего, что главной причиной распада Людей Писания и разделения мусульманской уммы на 73 течения стало именно неправильное толкование (та’виль).
В главе критикуется тенденция среди радикально настроенной молодежи пытаться постигать ислам самостоятельно, в отрыве от методологии праведных предшественников (салафов) — Пророка и его сподвижников. Автор подчеркивает, что недостаточно просто декларативно следовать Корану и Сунне; ключевым шариатским условием является их понимание в соответствии с восприятием первых поколений мусульман. В подтверждение приводится 115-й аят суры «Ан-Ниса», где обещана Геенна тому, кто воспротивится Посланнику и последует «не путем верующих».
Далее в монографии разбирается вред следования субъективным страстям, личным предубеждениям и умозаключениям. Автор опровергает ошибочное представление радикалов о том, что трудность или суровость какого-либо дела сама по себе свидетельствует о его богоугодности. На основе 2-го аята суры «Ал-Мульк» («...чтобы испытав вас, увидеть, чьи деяния окажутся лучше») и комментария Хафиза Ибн Касира показано: Бог требует не «больших» или «тяжелых» дел, а «лучших». Наводится определение имама ал-Фудайля ибн ‘Ийада: «лучшие деяния» — это деяния, обладающие двумя обязательными условиями: искренностью (ихлас — ради Аллаха) и правильностью (саваб — в соответствии с Сунной).
Автор указывает, что следование страстям приводит к высокомерию и закрывает путь к познанию истины. Цитируется 146-й аят суры «Ал-А‘раф» («Я отвращу от Моих знамений тех, которые возгордились на земле без всякого права»), комментарий Суфйана ибн Уайны (о лишении таких людей понимания Корана) и высказывание имама аз-Заркаши о том, что тайны Корана не открываются человеку, в чьем сердце есть ересь, страсть, любовь к мирскому или упорство в грехе.
Большое внимание уделено опасности дискредитации официального исламского духовенства и авторитетных ученых. Радикалы часто обвиняют ученых в слабости и «куфре» (неверии). Автор цитирует 43-й аят суры «Ан-Нахль» («Спросите же обладателей знания, если сами вы не знаете») и хадис: «Несут это знание из каждого поколения справедливые (ученые), которые отгоняют от него искажение преувеличивающих...». Приводятся предупреждения Пророка о появлении лжеученых и «невежественных лидеров», выносящих фатвы без знаний и вводящих людей в заблуждение (хадис из ал-Бухари и Муслима).
Глава завершается строгими предостережениями классиков (Ибн Таймийа, аш-Шатиби, Имам Малик, Ибн ‘Умар) о недопустимости вынесения фатв и суждений о религии без глубоких знаний, так как разговор о Боге без знаний является самым тяжким грехом, превосходящим по опасности даже многобожие (Коран, 7:33, 16:116).
10. Заключение
Заключительный раздел монографии подводит итоги проведенного исследования и формулирует итоговые выводы о роли религиозной умеренности в обеспечении общественной стабильности. Автор провозглашает толерантность в новом тысячелетии единственным возможным способом выживания человечества.
В главе цитируются 34-й аят суры «Фуссилат» («Добро и зло не могут быть равны. Так оттолкни же зло добром») и 96-й аят суры «Ал-Му‘минун» («Так отклоняй же зло их тем, что лучше»), доказывающие, что Коран определяет прощение, доброту и распространение духа толерантности как наилучший инструмент нейтрализации враждебности и насилия. Автор дает итоговое определение религиозной толерантности (веротерпимости) как терпимого отношения между верующими различных религий, конфессий и религиозными объединениями, основанного на принципе взаимоуважения и признания прав на существование.
Далее подчеркивается, что агрессия и инициатива нападения противоречат исламской этике. Цитируется 61-й аят суры «Ал-Анфаль» («А если они склонятся к миру, то склонись и ты к нему и полагайся на Аллаха»), подтверждающий безусловный приоритет мира над войной в исламском праве.
Автор обосновывает необходимость внедрения религиозной толерантности через систему общего образования, средства массовой информации и институты гражданского общества. В переломные исторические эпохи духовно-нравственное возрождение толерантной личности мусульманина приобретает ключевое значение. На основе 143-го аята суры «Ал-Бакара» («Мы сделали вас общиной, придерживающейся середины...») и 110-го аята суры «Али Имран» («Вы — лучшая из общин...») автор призывает мусульман соответствовать высокому статусу «лучшей общины» через свои поступки, благочестие и созидательный труд.
В монографии формулируются практические рекомендации: изучать фундаментальные исламские науки, развивать культуру ненасилия, вежливость, диаметральный диалог и поиск компромиссов. Заключительный блок книги содержит цитату из 177-го аята суры «Ал-Бакара», дающего исчерпывающее кораническое определение истинного благочестия (аль-бирр): вера в Бога, Судный день, ангелов, Писание и пророков, материальная помощь родственникам, сиротам, беднякам, путникам и просящим, совершение молитвы, уплата закат, верность договорам и терпение в несчастьях.
Книга завершается призывом к воспитанию морально-волевых качеств — скромности, самоконтроля, прямоты, справедливости и исполнительности, чтобы каждый мусульманин без всяких условий делал людям добро ради служения Господу миров.
Список использованной литературы
В данном разделе приведен полный библиографический список источников, на которые ссылается автор в ходе исследования. Перечень состоит из 55 наименований, оформленных в соответствии с академическими стандартами:
1. Ал-Бухари. Ал-адаб ал-муфрад. М.: «Диля», 2019.
2. Шейх Мухаммад Садык Мухаммад Йусуф. Васатыйя – путь жизни. М.: «Хилал», 2010.
3. Имам ат-Табари. Тафсир. Эр-Рияд: «Дарул хужр ли табаа ва-н-нашр», 2008.
4. Шамс ад-дин Ибн Каййим ал-Джавзийа. Степени идущих. М.: «Эксмо»–«Умма», 2017.
5. Ибн Са‘д. Ат-Табакат ал-кубра. Каир: «Мактабат ал-Ханижи», 2007.
6. Мухаммад аз-Зухайли. Муатама фи фикхи аш-шафии. Бейрут, 2011.
7. Шейх Мухаммад Рашид Риза. Абу Бакр Сиддик... Бейрут, 2015.
8. Ал-Куртуби. Тафсир. Каир: «Мактабу ас-сафа», 2005.
9. Имам Малик. Ал-Мудаввана. Каир, 2014.
10. Ибн Кудама. Ал-Мугни. Эр-Рияд, 2008.
11. Ибн Касир. Тафсир. Бейрут, 1985.
12. Мухаммад ибн Ибрахим ал-Мунзир. Ал-Ишраф. Медина, 2004.
13. Ат-Табари. Тафсир. Эр-Рияд, 2008.
14. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Бадаи‘ ал-фаваид. Медина, 2008.
15. Имам ал-Байхаки. Сунан. Бейрут, 1987.
16. Шейх Ибн Таймийа. Муджму ал-фатава. Медина, 2008.
17. Ал-Хафиз Ибн Абдул Барр. Ат-Тавхид. Рабат, 2009.
18. Имам Ахмад. Муснад. Бейрут, 1993.
19. Ибн Хаджар ал-Аскалани. Фатх ал-Бари... Эр-Рияд, 2000.
20. Имам ас-Сархаси. Ал-Мабсут. Бейрут, 2009.
21. Шейх Ибн Таймийа. Ан-Нубувват. Эр-Рияд, 2000.
22. Шейх Ибн Таймийа. Каида фи китал ал-куффар. Доха, 2010.
23. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Ахкаму ахл-и-зимма. Дамам, 1997.
24. Ибн Касир. Ал-Бидайа ва-н-Нихайа. Бейрут, 2010.
25. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Зад ал-Маад. Бейрут, 1998.
26. Ибн Акил. Шарх ибн Акил. Каир, 1980.
27. Ат-Табари. Тарих ал-умам ва-л-мулук. Медина, 2009.
28. Ал-Карафи. Фурук. Эр-Рияд, 2010.
29. Шейх Йусуф ал-Кардави. Гайр ал-муслимин фи ал-муджтана ал-ислами. Каир, 1992.
30. Имам Маварди. Ал-Ахкам ас-султания... Каир, 2010.
31. Абу Йусуф. Китаб ал-харадж. Самта, 1981.
32. Шейх Ибн Таймийа. Ал-Иктида. Эр-Рияд, 1998.
33. Шейх Мухаммад ал-Газали. Нравственность мусульманина. Махачкала, 2003.
34. Абу Хусайн ал-`Имрани. Ал-Байан фи мазхаб ал-имам аш Шафии. Джидда, 2003.
35. Ибн Хиббан. Сахих. Бейрут, 1993.
36. Ал-Мунави. Файд ал-кадир Шарх ал-Джами ас-Сагир. Бейрут, 1971.
37. Мустафа Саид Хан (Шейх Мустафа ал-Буга). Нузхарат ал-мутакин... Бейрут, 1987.
38. Аз-Зухайли Вахба. Ат-Тафсир ал-мунир... Бейрут, 2010.
39. Мухаммад бин Муфлих ал-Макдиси. Ал-Адабу-шшарийа. Бейрут, 2008.
40. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Мифтаху дари-ссаада. Медина, 1997.
41. Шейх Ибн Таймийа. Ал-Амру би-л-мааруф. Бейрут, 1976.
42. Ал-Фасауи. Ал-Маарифа. Медина, 2009.
43. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Илам ал-муаки‘ин. Бейрут, 2008.
44. Ат-Табарани / ал-Када’и.
45. Ал-Аджурри. Аш-Шариа. Эр-Рияд, 1997.
46. Имам Ахмад. Аз-Зухд. Каир, 2010.
47. Ибн Джамаа. Тазкират ас-сами ва ал-мутакалим... Бейрут, 2013.
48. Абу Нуайм. Хилйа ал-аулийа. Эр-Рияд, 1996.
49. Имам ас-Суйути. Тафсир. Эль-Гиза, 2006.
50. Аш-Шатиби. Ал-Итисам. Каир, 2008.
51. Ал-Хатиб. Ал-Кифайа. Бейрут, 2010.
52. Имам ал-Бухари. Сахих. Эр-Рияд, 2000.
53. Имам Муслим. Сахих. Каир, 2003.
54. Теймур Атаев. Красота и гармония в исламе. Баку, 2021.
55. Интернет-ресурс: https://islam.plus/ru/actualno/mify/otnosenie-k-inovercu-v-islame (05.10.2020).
Заключительный раздел монографии подводит итоги проведенного исследования и формулирует итоговые выводы о роли религиозной умеренности в обеспечении общественной стабильности. Автор провозглашает толерантность в новом тысячелетии единственным возможным способом выживания человечества.
В главе цитируются 34-й аят суры «Фуссилат» («Добро и зло не могут быть равны. Так оттолкни же зло добром») и 96-й аят суры «Ал-Му‘минун» («Так отклоняй же зло их тем, что лучше»), доказывающие, что Коран определяет прощение, доброту и распространение духа толерантности как наилучший инструмент нейтрализации враждебности и насилия. Автор дает итоговое определение религиозной толерантности (веротерпимости) как терпимого отношения между верующими различных религий, конфессий и религиозными объединениями, основанного на принципе взаимоуважения и признания прав на существование.
Далее подчеркивается, что агрессия и инициатива нападения противоречат исламской этике. Цитируется 61-й аят суры «Ал-Анфаль» («А если они склонятся к миру, то склонись и ты к нему и полагайся на Аллаха»), подтверждающий безусловный приоритет мира над войной в исламском праве.
Автор обосновывает необходимость внедрения религиозной толерантности через систему общего образования, средства массовой информации и институты гражданского общества. В переломные исторические эпохи духовно-нравственное возрождение толерантной личности мусульманина приобретает ключевое значение. На основе 143-го аята суры «Ал-Бакара» («Мы сделали вас общиной, придерживающейся середины...») и 110-го аята суры «Али Имран» («Вы — лучшая из общин...») автор призывает мусульман соответствовать высокому статусу «лучшей общины» через свои поступки, благочестие и созидательный труд.
В монографии формулируются практические рекомендации: изучать фундаментальные исламские науки, развивать культуру ненасилия, вежливость, диаметральный диалог и поиск компромиссов. Заключительный блок книги содержит цитату из 177-го аята суры «Ал-Бакара», дающего исчерпывающее кораническое определение истинного благочестия (аль-бирр): вера в Бога, Судный день, ангелов, Писание и пророков, материальная помощь родственникам, сиротам, беднякам, путникам и просящим, совершение молитвы, уплата закат, верность договорам и терпение в несчастьях.
Книга завершается призывом к воспитанию морально-волевых качеств — скромности, самоконтроля, прямоты, справедливости и исполнительности, чтобы каждый мусульманин без всяких условий делал людям добро ради служения Господу миров.
Список использованной литературы
В данном разделе приведен полный библиографический список источников, на которые ссылается автор в ходе исследования. Перечень состоит из 55 наименований, оформленных в соответствии с академическими стандартами:
1. Ал-Бухари. Ал-адаб ал-муфрад. М.: «Диля», 2019.
2. Шейх Мухаммад Садык Мухаммад Йусуф. Васатыйя – путь жизни. М.: «Хилал», 2010.
3. Имам ат-Табари. Тафсир. Эр-Рияд: «Дарул хужр ли табаа ва-н-нашр», 2008.
4. Шамс ад-дин Ибн Каййим ал-Джавзийа. Степени идущих. М.: «Эксмо»–«Умма», 2017.
5. Ибн Са‘д. Ат-Табакат ал-кубра. Каир: «Мактабат ал-Ханижи», 2007.
6. Мухаммад аз-Зухайли. Муатама фи фикхи аш-шафии. Бейрут, 2011.
7. Шейх Мухаммад Рашид Риза. Абу Бакр Сиддик... Бейрут, 2015.
8. Ал-Куртуби. Тафсир. Каир: «Мактабу ас-сафа», 2005.
9. Имам Малик. Ал-Мудаввана. Каир, 2014.
10. Ибн Кудама. Ал-Мугни. Эр-Рияд, 2008.
11. Ибн Касир. Тафсир. Бейрут, 1985.
12. Мухаммад ибн Ибрахим ал-Мунзир. Ал-Ишраф. Медина, 2004.
13. Ат-Табари. Тафсир. Эр-Рияд, 2008.
14. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Бадаи‘ ал-фаваид. Медина, 2008.
15. Имам ал-Байхаки. Сунан. Бейрут, 1987.
16. Шейх Ибн Таймийа. Муджму ал-фатава. Медина, 2008.
17. Ал-Хафиз Ибн Абдул Барр. Ат-Тавхид. Рабат, 2009.
18. Имам Ахмад. Муснад. Бейрут, 1993.
19. Ибн Хаджар ал-Аскалани. Фатх ал-Бари... Эр-Рияд, 2000.
20. Имам ас-Сархаси. Ал-Мабсут. Бейрут, 2009.
21. Шейх Ибн Таймийа. Ан-Нубувват. Эр-Рияд, 2000.
22. Шейх Ибн Таймийа. Каида фи китал ал-куффар. Доха, 2010.
23. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Ахкаму ахл-и-зимма. Дамам, 1997.
24. Ибн Касир. Ал-Бидайа ва-н-Нихайа. Бейрут, 2010.
25. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Зад ал-Маад. Бейрут, 1998.
26. Ибн Акил. Шарх ибн Акил. Каир, 1980.
27. Ат-Табари. Тарих ал-умам ва-л-мулук. Медина, 2009.
28. Ал-Карафи. Фурук. Эр-Рияд, 2010.
29. Шейх Йусуф ал-Кардави. Гайр ал-муслимин фи ал-муджтана ал-ислами. Каир, 1992.
30. Имам Маварди. Ал-Ахкам ас-султания... Каир, 2010.
31. Абу Йусуф. Китаб ал-харадж. Самта, 1981.
32. Шейх Ибн Таймийа. Ал-Иктида. Эр-Рияд, 1998.
33. Шейх Мухаммад ал-Газали. Нравственность мусульманина. Махачкала, 2003.
34. Абу Хусайн ал-`Имрани. Ал-Байан фи мазхаб ал-имам аш Шафии. Джидда, 2003.
35. Ибн Хиббан. Сахих. Бейрут, 1993.
36. Ал-Мунави. Файд ал-кадир Шарх ал-Джами ас-Сагир. Бейрут, 1971.
37. Мустафа Саид Хан (Шейх Мустафа ал-Буга). Нузхарат ал-мутакин... Бейрут, 1987.
38. Аз-Зухайли Вахба. Ат-Тафсир ал-мунир... Бейрут, 2010.
39. Мухаммад бин Муфлих ал-Макдиси. Ал-Адабу-шшарийа. Бейрут, 2008.
40. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Мифтаху дари-ссаада. Медина, 1997.
41. Шейх Ибн Таймийа. Ал-Амру би-л-мааруф. Бейрут, 1976.
42. Ал-Фасауи. Ал-Маарифа. Медина, 2009.
43. Ибн Каййим ал-Джавзийа. Илам ал-муаки‘ин. Бейрут, 2008.
44. Ат-Табарани / ал-Када’и.
45. Ал-Аджурри. Аш-Шариа. Эр-Рияд, 1997.
46. Имам Ахмад. Аз-Зухд. Каир, 2010.
47. Ибн Джамаа. Тазкират ас-сами ва ал-мутакалим... Бейрут, 2013.
48. Абу Нуайм. Хилйа ал-аулийа. Эр-Рияд, 1996.
49. Имам ас-Суйути. Тафсир. Эль-Гиза, 2006.
50. Аш-Шатиби. Ал-Итисам. Каир, 2008.
51. Ал-Хатиб. Ал-Кифайа. Бейрут, 2010.
52. Имам ал-Бухари. Сахих. Эр-Рияд, 2000.
53. Имам Муслим. Сахих. Каир, 2003.
54. Теймур Атаев. Красота и гармония в исламе. Баку, 2021.
55. Интернет-ресурс: https://islam.plus/ru/actualno/mify/otnosenie-k-inovercu-v-islame (05.10.2020).