Page: 1 / 1
Работа Джалалитдина Мирзаева «Монеты как источник истории ислама» посвящена исследованию нумизматического материала как ценного и объективного исторического источника, отражающего процессы становления, распространения и эволюции исламской религии и государственности. Автор рассматривает роль монетной эмиссии не только как экономического инструмента, но и как важнейшего средства государственной пропаганды, формирования идеологических приоритетов и констатации суверенитета власти. В книге последовательно прослеживается трансформационный путь монетного чекана на обширном географическом пространстве от Северной Африки до Центральной Азии. Исследование охватывает исторические периоды от доисламской эпохи, когда в обращении находились византийские, сасанидские и сгдийско-китайские денежные знаки, до эпохи Праведного халифата, Омейядов, Аббасидов и последующих домонгольских и монгольских династий. Особое внимание уделено кардинальной денежной реформе халифа Абд ал-Малика, приведшей к созданию классического шариатского динара и дирхама без фигурных изображений, с исключительно арабскими эпиграфическими текстами Корана и шахады. Книга также затрагивает шариатские правовые нормы, регулирующие функции денег, соотношение золотого и серебряного стандартов и использование религиозных формул в нумизматике.
Введение (стр. 1–2):
Введение определяет монеты как массовый, объективный и постоянно пополняемый источник по истории ислама. Обосновывается идеологическое, экономическое и политическое значение монетной эмиссии. Очерчиваются хронологические и географические рамки исследования от Атлантики до Китая.
Монеты доисламского периода (стр. 2–6):
Рассматривается денежное обращение в Хиджазе и Центральной Азии накануне появления ислама. Описывается использование византийских солидов и фоллисов, сасанидских драхм (дирхамов), химьяритских и аксумских монет, а также китайское и византийское влияние на чеканку в согдийских и тюркских владениях.
Денежное обращение в период Праведного Халифата (стр. 6–9):
Разбирается процесс адаптации византийских и сасанидских монет мусульманами. Описывается появление арабо-сасанидских и арабо-византийских монет путем нанесения краткихарабских религиозных надписей («бисмиллах») при сохранении прежних портретов правителей и зороастрийско-христианской символики.
Монеты Омейядов (стр. 9–11):
Анализируется чеканка периода Омейядов после перехода власти к Муавии I и во время Второй фитны. Рассматривается постепенная замена имен сасанидских шахиншахов именами халифов и наместников, введение титула «повелитель верующих», появление такбира и использование пехлевийских, греческих и арабских надписей.
Реформа Абд Ал-Малика (стр. 11–20):
Подробно описывается денежная реформа халифа Абд ал-Малика. Разбирается переход от копирования византийских солидов и типов «стоящий халиф» к созданию в 696–697 гг. чисто эпиграфического шариатского динара и дирхама с текстами из сур Корана (112 и 61:9), а также последующие трансформации чекана при Аббасидах и местных династиях.
Рассматривается денежное обращение в Хиджазе и Центральной Азии накануне появления ислама. Описывается использование византийских солидов и фоллисов, сасанидских драхм (дирхамов), химьяритских и аксумских монет, а также китайское и византийское влияние на чеканку в согдийских и тюркских владениях.
Денежное обращение в период Праведного Халифата (стр. 6–9):
Разбирается процесс адаптации византийских и сасанидских монет мусульманами. Описывается появление арабо-сасанидских и арабо-византийских монет путем нанесения краткихарабских религиозных надписей («бисмиллах») при сохранении прежних портретов правителей и зороастрийско-христианской символики.
Монеты Омейядов (стр. 9–11):
Анализируется чеканка периода Омейядов после перехода власти к Муавии I и во время Второй фитны. Рассматривается постепенная замена имен сасанидских шахиншахов именами халифов и наместников, введение титула «повелитель верующих», появление такбира и использование пехлевийских, греческих и арабских надписей.
Реформа Абд Ал-Малика (стр. 11–20):
Подробно описывается денежная реформа халифа Абд ал-Малика. Разбирается переход от копирования византийских солидов и типов «стоящий халиф» к созданию в 696–697 гг. чисто эпиграфического шариатского динара и дирхама с текстами из сур Корана (112 и 61:9), а также последующие трансформации чекана при Аббасидах и местных династиях.
Заключение (стр. 20–22):
Подводятся итоги исследования монет как символа государственной власти (сикка). Рассматриваются шариатские функции денег (закят, джизья, махр), концепция исключительно благородных металлов как денег, шиитские формулы на монетах, использование фарси и актуальные задачи нумизматики исламского мира.
Библиография (стр. 22–24):
Содержит полный перечень использованной научной литературы и нумизматических каталогов на русском и английском языках, включая труды В.В. Бартольда, Б.Д. Кочнева, В.Н. Настича, Э.В. Ртвеладзе, Дж. Уокера и других исследователей.
Книга Джалалитдина Мирзаева «Монеты как источник истории ислама» представляет собой комплексное историко-нумизматическое исследование, раскрывающее роль денег как важнейшего носителя информации об эволюции религиозных, политических и социально-экономических институтов в мусульманском мире. Автор исходит из тезиса о том, что письменные средневековые нарративные источники крайне редко содержат подробные и достоверные сведения о денежном обращении, в связи с чем именно нумизматические памятники становятся первичным и объективным фундаментом для исторических реконструкций.
В структуре работы последовательно отражены основные этапы формирования исламской монетной системы. На первом этапе, охватывающем доисламский период и начальную пору арабских завоеваний, население Аравийского полуострова и завоеванных территорий использовало монеты соседних империй — золотые солиды (номисмы) и медные фоллисы Византии, а также серебряные драхмы Сасанидского Ирана. В Хиджазе золотые монеты получили название «динар», а серебряные — «дирхам». В Центральной Азии монетное дело испытывало сильное китайское влияние (чеканка литых медных монет с квадратным отверстием) и византийское воздействие (парные изображения).
На втором этапе, при Праведных халифах и в раннеомейядский период, происходит «исламизация» имеющихся денежных систем путем адаптации. Поскольку арабские войска составляли меньшинство среди населения завоеванных земель, мусульманские власти сохраняли привычные финансовые и налоговые структуры. На сасанидских и византийских штемпелях начали выбивать краткие арабские благочестивые надписи («бисмиллах», «бисмиллахи рабби», «аль-хамду ли-ллах»), формируя так называемые арабо-сасанидские дирхамы и арабо-византийские фальсы. На этих монетах долгое время сохранялись портреты сасанидских шахиншахов (Хосрова II, Йездигерда III) и зороастрийские огненные алтари со жрецами, а также византийские императорские образы.
Третий, переломный этап связан с правлением омейядского халифа Абд ал-Малика ибн Марвана (685–705). После победы во Второй фитне и идеологического конфликта с Византией, халиф в 696 году (77 г. х.) провел радикальную денежную реформу. Из чекана были полностью устранены фигурные изображения и неарабские шрифты (пехлеви, греческий). Был создан абсолютно новый тип исламской монеты — шариатский динар и дирхам, содержавший только арабские эпиграфические тексты. На аверсе и реверсе помещались шахада (символ веры) и коранические цитаты (сура 112, утверждающая единство Аллаха и отрицающая Святую Троицу, а также сура 61:9), а по окружности чеканились сведения о месте и ходе (годе) выпуска по хиджре.
В дальнейшем сформированный Абд ал-Маликом канон стал основой для монетной чеканки династии Аббасидов и многочисленных региональных династий (Саманидов, Караханидов, Газневидов, Сельджукидов, Хорезмшахов-Ануштегинидов). В период Аббасидов, особенно после реформы халифа ал-Ма’муна в 820-х годах, на монетах появляется вторая круговая легенда с цитатой из Корана (30:3–5), а также религиозные эпитеты (лакабы) правителей и имена местных амиров. В работе отражен и период «серебряного кризиса» конца X — начала XI веков, привеший к выпуску низкопробных и медных «черных» (гитрифийских) дирхамов в Центральной Азии.
Заключительные разделы книги подчеркивают, что монета (сикка) наряду с проповедью (хутба) являлась священным символом суверенитета мусульманского государя. Автор подробно анализирует шариатские нормы, связывающие институт денег исключительно с благородными металлами (золотом и серебром), на основе которых рассчитываются закят, джизья, харадж, дийя и махр. Работа демонстрирует, как нумизматика позволяет точно восстанавливать хронологию правлений, границы государств и динамику конфессиональных процессов в истории исламской цивилизации.
В структуре работы последовательно отражены основные этапы формирования исламской монетной системы. На первом этапе, охватывающем доисламский период и начальную пору арабских завоеваний, население Аравийского полуострова и завоеванных территорий использовало монеты соседних империй — золотые солиды (номисмы) и медные фоллисы Византии, а также серебряные драхмы Сасанидского Ирана. В Хиджазе золотые монеты получили название «динар», а серебряные — «дирхам». В Центральной Азии монетное дело испытывало сильное китайское влияние (чеканка литых медных монет с квадратным отверстием) и византийское воздействие (парные изображения).
На втором этапе, при Праведных халифах и в раннеомейядский период, происходит «исламизация» имеющихся денежных систем путем адаптации. Поскольку арабские войска составляли меньшинство среди населения завоеванных земель, мусульманские власти сохраняли привычные финансовые и налоговые структуры. На сасанидских и византийских штемпелях начали выбивать краткие арабские благочестивые надписи («бисмиллах», «бисмиллахи рабби», «аль-хамду ли-ллах»), формируя так называемые арабо-сасанидские дирхамы и арабо-византийские фальсы. На этих монетах долгое время сохранялись портреты сасанидских шахиншахов (Хосрова II, Йездигерда III) и зороастрийские огненные алтари со жрецами, а также византийские императорские образы.
Третий, переломный этап связан с правлением омейядского халифа Абд ал-Малика ибн Марвана (685–705). После победы во Второй фитне и идеологического конфликта с Византией, халиф в 696 году (77 г. х.) провел радикальную денежную реформу. Из чекана были полностью устранены фигурные изображения и неарабские шрифты (пехлеви, греческий). Был создан абсолютно новый тип исламской монеты — шариатский динар и дирхам, содержавший только арабские эпиграфические тексты. На аверсе и реверсе помещались шахада (символ веры) и коранические цитаты (сура 112, утверждающая единство Аллаха и отрицающая Святую Троицу, а также сура 61:9), а по окружности чеканились сведения о месте и ходе (годе) выпуска по хиджре.
В дальнейшем сформированный Абд ал-Маликом канон стал основой для монетной чеканки династии Аббасидов и многочисленных региональных династий (Саманидов, Караханидов, Газневидов, Сельджукидов, Хорезмшахов-Ануштегинидов). В период Аббасидов, особенно после реформы халифа ал-Ма’муна в 820-х годах, на монетах появляется вторая круговая легенда с цитатой из Корана (30:3–5), а также религиозные эпитеты (лакабы) правителей и имена местных амиров. В работе отражен и период «серебряного кризиса» конца X — начала XI веков, привеший к выпуску низкопробных и медных «черных» (гитрифийских) дирхамов в Центральной Азии.
Заключительные разделы книги подчеркивают, что монета (сикка) наряду с проповедью (хутба) являлась священным символом суверенитета мусульманского государя. Автор подробно анализирует шариатские нормы, связывающие институт денег исключительно с благородными металлами (золотом и серебром), на основе которых рассчитываются закят, джизья, харадж, дийя и махр. Работа демонстрирует, как нумизматика позволяет точно восстанавливать хронологию правлений, границы государств и динамику конфессиональных процессов в истории исламской цивилизации.
Введение (стр. 1–2):
Во введении автор обосновывает актуальность изучения монетного чекана как важнейшего источника по истории религии ислам. Великое духовное обновление человеческой цивилизации, вызванное возникновением ислама, потребовало длительного процесса формирования правовых, политических и экономических институтов. Денежное обращение в мусульманском мире имело не только экономическую функцию, но и выступало объективным индикатором государственных идеологических приоритетов. Монетная эмиссия являлась активным инструментом воздействия на общество благодаря своей массовости и общедоступности. Надписи на монетах несли официальную информационно-смысловую нагрузку, а подбор религиозных текстов и цитат из Корана обусловливался конкретными историческими событиями. При этом религиозная нагрузка различалась в зависимости от металла: золото и серебро являлись государственными металлами и строго отражали официальную идеологию, в то время как медная монета (фальс) служа разменной местной валютой, редко выходила за пределы региона чеканки. Автор отмечает, что письменные источники Средневековья крайне скудно освещают денежное обращение, поэтому исследование опирается непосредственно на нумизматический материал. Определены географические (от Атлантического океана до Китая и от России до юга Африки) и хронологические рамки работы, а также поставлена задача осветить наименее изученные аспекты данной проблематики.
Монеты доисламского периода (стр. 2–6):
В разделе подробно рассматривается денежная система Аравии и сопредельных регионов накануне принятия ислама. В Хиджазе собственной чеканки не существовало, поэтому в обращении находились монеты соседних государств: византийские золотые номисмы (солиды), называемые арабами динарами, византийские бронзовые фоллисы, серебряные драхмы Сасанидского Ирана, называемые дирхамами (от греческого «драхма»), а также в ограниченном количестве химьяритские дирхамы из Йемена и монеты Аксумского царства. Подробно описано оформление сасанидской драхмы: на аверсе помещался bust/портрет шахиншаха и его имя шрифтом пехлеви, на реверсе — зороастрийский огненный алтарь с двумя жрецами по бокам, дата правления прописью и обозначение монетного двора. В Византии основной единицей был солид весом 4,5 грамма с изображением автократора на аверсе и христианского креста на реверсе. Автор показывает, что арабы первоначально воспринимали эти монеты не по счету, а по весу как нечеканенную руду (тибр) из-за износа и колебаний массы. Описана система мер веса, основанная на семенах и зернах (мискаль, дирхам, даник, карат, хуббат). Отдельно проанализированы денежные отношения в Центральной Азии накануне арабских завоеваний: обращение серебряных бухархудатских монет (подражаний сасанидским драхмам с изображением жертвенника бога Ормузда), влияние китайских литых бронзовых монет с квадратным отверстием с 650-х годов, а также присутствие византийских монет, повлиявших на появление парных портретных изображений в Чаганиане и чеканку медных монет с тамгой в форме якоря тюркскими правителями Термеза.
Денежное обращение в период Праведного Халифата (стр. 6–9):
Монеты доисламского периода (стр. 2–6):
В разделе подробно рассматривается денежная система Аравии и сопредельных регионов накануне принятия ислама. В Хиджазе собственной чеканки не существовало, поэтому в обращении находились монеты соседних государств: византийские золотые номисмы (солиды), называемые арабами динарами, византийские бронзовые фоллисы, серебряные драхмы Сасанидского Ирана, называемые дирхамами (от греческого «драхма»), а также в ограниченном количестве химьяритские дирхамы из Йемена и монеты Аксумского царства. Подробно описано оформление сасанидской драхмы: на аверсе помещался bust/портрет шахиншаха и его имя шрифтом пехлеви, на реверсе — зороастрийский огненный алтарь с двумя жрецами по бокам, дата правления прописью и обозначение монетного двора. В Византии основной единицей был солид весом 4,5 грамма с изображением автократора на аверсе и христианского креста на реверсе. Автор показывает, что арабы первоначально воспринимали эти монеты не по счету, а по весу как нечеканенную руду (тибр) из-за износа и колебаний массы. Описана система мер веса, основанная на семенах и зернах (мискаль, дирхам, даник, карат, хуббат). Отдельно проанализированы денежные отношения в Центральной Азии накануне арабских завоеваний: обращение серебряных бухархудатских монет (подражаний сасанидским драхмам с изображением жертвенника бога Ормузда), влияние китайских литых бронзовых монет с квадратным отверстием с 650-х годов, а также присутствие византийских монет, повлиявших на появление парных портретных изображений в Чаганиане и чеканку медных монет с тамгой в форме якоря тюркскими правителями Термеза.
Денежное обращение в период Праведного Халифата (стр. 6–9):
Раздел посвящен трансформации денежного обращения в эпохи формирования мусульманского государства при первых четырех халифах. Автор указывает, что Пророк Мухаммад и Праведные халифы сохранили обращение византийских и сасанидских монет, а также систему взвешивания динаров и дирхамов, принятую курайшитами. По мере расширения халифата завоеватели избегали разрушения социально-политических и финансовых структур завоеванных земель, сохраняя местные монетные дворы и налоговые органы. Постепенно начинается процесс адаптации чужеземных монет путем набивки арабских надписей куфическим шрифтом. При халифе Умаре ибн аль-Хаттабе в 641 году (20 г. х.) на сасанидских дирхамах появляются слова «бисмиллах» («во имя Аллаха») и «бисмиллахи рабби» («во имя Аллаха, моего Господина»). По другой версии, первым исламским дирхамом считается монета халифа Усмана б. Аффана (644–656) с аналогичной надписью. Так возникли арабо-сасанидские дирхамы и арабо-византийские фальсы. Почти все арабо-сасанидские монеты чеканились из серебра и полностью сохраняли сасанидский дизайн (портрет шахиншаха, пехлевийские надписи, огненный алтарь). До 651 года (смерти последнего сасанидского царя Йездигерда III) халифат сознательно сохранял портрет и символику шахиншаха для доверия и стабильности обращения среди иноверческого населения. После 651 года сасанидские дирхамы «исламизируются» добавлением на полях аверса коротких фраз: «бисмиллах», «джайид» (хороший), «аль-хамду ли-ллах». Чтобы избежать ежегодной смены штемпелей, даты правления на монетах «замораживались» (часто выбивалась номинальная дата «20-й год правления Йездигерда»). Также дирхамы побежденного Йездигерда III стали заменяться монетами с портретом более могущественного прошлаго царя Хосрова II (590–628).
Монеты Омейядов (стр. 9–11):
В данном разделе рассматривается развитие монетного дела после прихода к власти династии Омейядов в лице Муавии I (661–680) и события Второй фитны. После перехода власти произошла консолидация государства и формирование администрации по византийско-сасанидскому образцу. Между 662 и 672 годами имена сасанидских царей на монетах начинают заменяться именами местных наместников или самого халифа, записанными шрифтом пехлеви. Около 52–54 гг. х. выходят серебряные дирхамы с надписью «Муавия — амир ал-му'минин» («повелитель верующих»), что стало первым случаем использования этого титула на монетах. Автор подчеркивает, что политика раннего исламского государства была нацелена на удержание контроля, а не на насильственную исламизацию, поэтому сохранение привычных для населения изображений алтарей и крестов сочеталось с введением надписей на пехлеви, греческом (бактрийском) и арабском языках. Смерть Муавии I вызвала Вторую фитну — гражданскую войну за власть. Важнейшие нумизматические свидетельства этого периода связаны с восстанием Абдаллаха ибн аз-Зубайра (624–692), контролировавшего Аравию и восток халифата. Сторонник Ибн Зубайра, губернатор Бишапура Абд ал-Малик б. Абдулла в 685 г. (66 г. х.) впервые поместил на монете имя Пророка Мухаммада с формулой «Мухаммад — Посланник Аллаха». В 691 г. правитель Систана Абд ал-Азиз б. Абдулла выбил полный текст шахады на пехлеви. В этот же период в Центральной Азии в 684 г. (65 г. х.) на монете наместника Салма б. Зияда впервые появляется такбир «Аллаху акбар» на трех языках (пехлеви, арабском и бактрийском). В 684 г. халифом стал Марван I, а затем его сын Абд ал-Малик, подавивший восстание и начавший масштабные государственные реформы.
Реформа Абд Ал-Малика (стр. 11–20):
В данном разделе рассматривается развитие монетного дела после прихода к власти династии Омейядов в лице Муавии I (661–680) и события Второй фитны. После перехода власти произошла консолидация государства и формирование администрации по византийско-сасанидскому образцу. Между 662 и 672 годами имена сасанидских царей на монетах начинают заменяться именами местных наместников или самого халифа, записанными шрифтом пехлеви. Около 52–54 гг. х. выходят серебряные дирхамы с надписью «Муавия — амир ал-му'минин» («повелитель верующих»), что стало первым случаем использования этого титула на монетах. Автор подчеркивает, что политика раннего исламского государства была нацелена на удержание контроля, а не на насильственную исламизацию, поэтому сохранение привычных для населения изображений алтарей и крестов сочеталось с введением надписей на пехлеви, греческом (бактрийском) и арабском языках. Смерть Муавии I вызвала Вторую фитну — гражданскую войну за власть. Важнейшие нумизматические свидетельства этого периода связаны с восстанием Абдаллаха ибн аз-Зубайра (624–692), контролировавшего Аравию и восток халифата. Сторонник Ибн Зубайра, губернатор Бишапура Абд ал-Малик б. Абдулла в 685 г. (66 г. х.) впервые поместил на монете имя Пророка Мухаммада с формулой «Мухаммад — Посланник Аллаха». В 691 г. правитель Систана Абд ал-Азиз б. Абдулла выбил полный текст шахады на пехлеви. В этот же период в Центральной Азии в 684 г. (65 г. х.) на монете наместника Салма б. Зияда впервые появляется такбир «Аллаху акбар» на трех языках (пехлеви, арабском и бактрийском). В 684 г. халифом стал Марван I, а затем его сын Абд ал-Малик, подавивший восстание и начавший масштабные государственные реформы.
Реформа Абд Ал-Малика (стр. 11–20):
Section
Раздел подробно описывает эпохальную денежную реформу халифа Абд ал-Малика ибн Марвана. Изначально халиф копировал византийский солид Ираклия I с сыновьями и надписью «CONOB». По договору 689 года Византия и Халифат совместно владели Кипром, Арменией и Иберией, и Абд ал-Малик выплачивал дань золотыми монетами. В 692 году халиф выплатил дань монетами чекана Дамаска, где у трех фигур были удалены кресты, а реверсный крест на пьедестале заменен колонной с шаром (символом Единобожия), а вместо «CONOB» выбита шахада. Византийский император Юстиниан II отказался принять эти монеты, потребовав солиды старого образца, что привело к войне и битве при Себастополисе (692 г.), в которой Византия потерпела поражение. В ответ Юстиниан II чеканит солид с ликом Христа и надписью «Иисус Христос, Царь Царствующих», а на обороте выбивает девиз «Победа автократора». Халиф Абд ал-Малик в 693 г. выпускает золотой динар с собственным изображением в полный рост с мечом («стоящий халиф») и текстом «Во имя Аллаха этот динар был отчеканен в 74 году». На заключительном этапе реформы в 696 году (77 г. х.) Абд ал-Малик полностью отказывается от фигурных изображений и неарабских языков, создав первый анонимный чисто эпиграфический шариатский динар. На аверсе в центре помещалась надпись «Нет бога, кроме Аллаха Единого, нет у Него сотоварищей», по кругу — Коран 61:9. На реверсе в центре — Коран 112 («Аллах един, Аллах вечен...»), по кругу — «бисмиллах», название монетного двора и год по хиджре. В 697 г. по этому образцу был выпущен серебряный дирхам. Далее автор прослеживает развитие этой традиции при Аббасидах (реформа ал-Ма'муна 820-х гг., введение круговой легенды из Корана 30:3–5), при Саманидах, Караханидах, Газневидах, Сельджукидах и Хорезмшахах, а также описывает период «серебряного кризиса» X–XI веков и чеканку «черных» гитрифийских дирхамов. Освещается и монгольский период, принесший появление тамг на монетах и окончательное формирование нового монетного формуляра в XIV веке после принятия ислама ханами Золотой Орды и Ильханидов.
Заключение (стр. 20–22):
В заключительном разделе подводятся теоретические и исторические итоги исследования. Автор отмечает, что распространение коранических текстов на монетах служило барьером против идолопоклонства и важнейшим этапом формирования исламской идентичности. Монета становится ключевым символом государственной власти. В исламском праве привилегиями верховного суверена являлись хутба (упоминание имени правителя в пятничной молитве) и сикка (право чеканки монеты от своего имени). Анализируется подбор коранических цитатов к конкретным событиям: например, выбивание сур 20:8, 59:24 и 48:29 на уникальном дирхаме Умм Джафар (жены Харуна ар-Рашида) в 181/797–798 гг. для поддержки сына ал-Амина. Разбираются особенности конфессиональной среды: только на шиитских монетах допускалось добавление в калиму фразы «Али — вали Аллах» и имен двенадцати имамов. Указывается роль Караханидов как первых мусульманских правителей, использовавших фарси в надписях на монетах и архитектуре, что стало шагом к сакрализации персидского языка. Подробно описываются шариатские функции денег: регулирование налога закят, джизьи, хараджа, штрафа за кражу (сарика), выкупа за кровь (дийя), брачного дара (махр) и обмена валют (сарф). По шариату деньгами признаются исключительно благородные металлы — золото и серебро, что подчёркивал историк Таки ад-Дин ал-Макризи. В конце рассматривается геополитическое распространение исламских монет в Евразии, их роль в торговии с викингами и европейскими государствами, орнаментация куфического шрифта и задачи современной нумизматической науки.
Библиография (стр. 22–24):
Библиографический раздел содержит перечень академических публикаций, фундаментальных монографий и каталогов музейных коллекций, использованных автором. В список входят работы ведущих отечественных и зарубежных нумизматов и востоковедов: В.В. Бартольда (исследования по истории халифата), Б.И. Вайнберг (монеты древнего Хорезма), Г.И. Джапаридзе и В.Н. Настича (уникальные дирхамы и аббасидские фальсы Мавераннахра), Ш. Камолиддина (согдийско-персидские надписи и труды Ибн Хаукаля), Б.Д. Кочнева (нумизматическая история Караханидского каганата), Э.В. Ртвеладзе и Г.А. Пугаченковой (монеты Чаганиана и Северной Бактрии-Тохаристана), Г.А. Федорова-Давыдова (денежное дело Золотой Орды), а также фундаментальные каталоги Британского музея, составленные Дж. Уокером (John Walker), работы С. Хайдеманна (Stefan Heidemann), Т. El-Hibri, M. Mitchiner, S. Shamma и древнемусульманский трактат ал-Макризи.