Во введении автор определяет цели, задачи и методологию исследования, а также очерчивает его хронологические рамки, охватывающие события накануне 1492 года и последующее десятилетие. Обосновывается актуальность изучения этого краткого, но фундаментального периода, ставшего поворотным моментом для мусульманского населения полуострова. Также кратко анонсируются ключевые этапы исследования: статус мудехаров, процессы репопуляции, сегрегации, восстание 1499 года и принудительное крещение.

1. Гранада накануне падения:
Этот раздел посвящен анализу глубокого внутреннего кризиса Гранадского эмирата перед его окончательным завоеванием Кастилией. Автор рассматривает правление династии Насридов, вассальные отношения с Кастилией и пагубную гражданскую войну между тремя претендентами на престол — Абу 'Абдаллахом (Боабдилом), Абу-л-Хасаном (Мулей Хасеном) и Мухаммадом аз-Загалом. Описываются природные катаклизмы и социальные неурядицы, которые пошатнули стабильность государства и облегчили победу Католических королей.

2. Передача города:

3. Приобретение мусульманами статуса мудехаров:
В разделе исследуется правовой статус мудехаров, который получили мусульмане Гранады после кастильского завоевания. Автор анализирует условия капитуляций, гарантировавшие неприкосновенность жизни, имущества и свободу вероисповедания. Проводится сравнительный анализ концепции защиты религиозных меньшинств в исламском праве (статус зимми) и в христианской феодальной юрисдикции. Подчеркивается, что изначально условия капитуляций были чрезвычайно выгодными для побежденных, хотя и рассматривались христианами как временная уступка.

4. Эмиграция мусульман:
Этот раздел освещает процесс вынужденного и добровольного переселения мусульманского населения Гранады в Магриб и другие регионы. Автор показывает, как Католические короли целенаправленно стимулировали выезд мусульманской военно-политической и интеллектуальной элиты во главе с Боабдилом, чтобы обезглавить общину и предотвратить возможные восстания. Рассматриваются условия льготного выезда, финансовые препятствия при продаже имущества, а также последующее ужесточение миграционных правил со стороны кастильских властей после 1495 года.

5. Реорганизация королевства Гранада:

6. Репопуляция:
В этом разделе анализируется процесс заселения территорий бывшего эмирата христианскими колонистами из других регионов полуострова. Автор раскрывает количественные и качественные цели репопуляции, направленной на преодоление демографического кризиса после эмиграции мусульман и на изменение пропорционального состава населения в пользу христиан. Приводятся статистические данные о количестве переселенцев (от 35 до 40 тысяч человек к концу XV века) и их этническом составе.

7. Сосуществование двух сообществ:

8. Сегрегация – “внутренняя граница”:
В разделе подробно рассматриваются меры по разделению повседневной и хозяйственной деятельности двух общин, предпринятые властями с 1498 года. Автор описывает запреты на совместную торговлю, ограничения в посещении бань, покупке мяса и аренде помещений. Анализируется нереализованный проект полной территориальной изоляции мусульман и выселения их из центра города (медины) в предместья Альбайсин и Антекеруэла с целью превращения столицы в исключительно христианский город.

9. Попытки ассимиляции мудехаров:
Этот раздел посвящен ранним методам интеграции побежденного населения в кастильское общество. Автор анализирует противоречивые планы королей, сочетавшие стремление сохранить мусульман как источник налоговых доходов и желание добиться религиозного единства. Рассматриваются две стратегии: привлечение мусульманской знати и посредников на службу кастильской администрации, а также мирная евангелизация, основанная на методах архиепископа Эрнандо де Талаверы, делавшего упор на убеждение и уважение к местным традициям.

10. Восстание мудехаров в Альбайсине 1499 года:

11. Принудительное обращение мусульман в католицизм:

12. (Не)терпимость: неоднозначность положения мудехаров и морисков:
В разделе анализируется правовое, финансовое и социальное положение новообращенных мусульман (морисков). Несмотря на официальное уравнение в правах со "старыми христианами" и номинальное прекращение преследований за прежние проступки, мориски столкнулись с жесткой фискальной дискриминацией и культурным давлением. Рассматривается отношение к ним со стороны инквизиции, возникновение феномена криптоислама (тайного исповедания веры) и разница в положении гранадских и кастильских морисков.

13. Вместо заключения: несколько соображений относительно разрыва капитуляций:
В заключительном разделе автор подводит итоги исследования, обобщая мнения историков о природе капитуляций 1491 года. Анализируются взгляды на то, были ли эти соглашения изначально уловкой кастильских властей или же искренней попыткой наладить сосуществование, обреченной на провал из-за смены государственной парадигмы в раннее Новое время. Переход от плюралистической средневековой модели к централизованному государству с единой религией сделал невозможным сохранение исламского анклава.

Этот раздел содержит систематизированный перечень научных источников и литературы, использованных автором при написании работы. Библиография включает в себя две основные группы: опубликованные первоисточники (включая арабские хроники аль-Маккари и кастильские документы) и современные монографии и статьи ведущих испанских, французских, английских и российских историков, посвященные Гранаде, мудехарам и морискам на рубеже XV–XVI веков.

1. Гранада накануне падения:
Этот раздел подробно описывает политический, династический и социальный кризис, охвативший Гранадский эмират в последние десятилетия его существования. Просуществовав более двух с половиной веков, эмират под властью династии Насридов оставался последним оплотом мусульманского государства ал-Андалус. Автор отмечает, что его существование с самого начала в 1232 году было нестабильным и зависело от вассальных отношений с Кастилией, закрепленных Хаэнским пактом 1246 года. Согласно этому договору, основатель династии Мухаммад I обязывался выплачивать Кастилии ежегодную дань и оказывать военную поддержку. Периоды стабильности в отношениях с христианскими соседями регулярно сменялись конфронтацией. К концу XV века ситуация кардинально изменилась: христианские монархи Фердинанд и Изабелла объединили свои силы, урегулировали внутренние проблемы наследования в Кастилии и направили все ресурсы на окончательное завоевание Гранады. Для кастильской знати эта война была средством удовлетворения материальных амбиций и предотвращения внутренних заговоров, а для монархов — инструментом построения абсолютистского государства, требовавшего этнорелигиозной однородности подданных. В то же время внутри эмирата бушевала разрушительная гражданская война. В период с 1417 по 1492 годы на престоле сменилось одиннадцать эмиров. Финальный этап существования Гранады ознаменовался борьбой за власть в рамках «неустойчивого треугольника»: молодого эмира Абу 'Абдаллаха Мухаммада XI (Боабдила), его отца Абу-л-Хасана 'Али (Мулей Хасена) и дяди Мухаммада XII аз-Загала. Все трое приняли почетный титул «ал-Галиб би-Ллах» (Победитель с помощью Аллаха), пытаясь легитимизировать свою власть. На фоне династических распрей и дворцовых интриг обострялись социальные кризисы. Правление Мулей Хасена, поначалу успешное в военном плане, пришло в упадок после разрушительного наводнения 1478 года во время военного парада. Это стихийное бедствие было воспринято обществом как предвестник политической катастрофы. Недовольство усугублялось личной жизнью эмира, который оставил законную супругу ради христианской наложницы Сурайи (Зорайи), что привело к расколу среди знати и народа. Спасаясь от гнева отца, Боабдил бежал в Гуадикс в 1482 году. Ранее, в 1481 году, Гранада нарушила перемирие, захватив Захару, на что кастильцы ответили завоеванием Альхамы, положив начало десятилетней Гранадской войне. Воспользовавшись отсутствием отца, Боабдил захватил власть в столице при поддержке части знати, недовольной влиянием Сурайи.

2. Передача города:

3. Приобретение мусульманами статуса мудехаров:
В этом разделе подробно исследуется правовой статус, который получили мусульмане Гранады после кастильского завоевания, и природа договоров о капитуляции. Победа католических монархов открыла новый этап в отношениях между христианством и исламом. Согласно договору, подписанному 25 ноября 1491 года, мусульмане Гранады перешли под власть христианской короны, получив статус мудехаров. Этот термин происходит от арабского слова «мудаджжан» (прирученный, одомашненный) и обозначал мусульман, проживавших на христианских территориях под властью христианских государей. Капитуляции Гранады считаются одними из самых выгодных договоров такого рода в истории полуострова. Мусульманам гарантировалась полная неприкосновенность жизни, личной свободы и имущества, включая право владеть землей и недвижимостью. Им разрешалось свободно исповедовать ислам, совершать обряды, молиться и призывать к молитве. Особо оговаривалось сохранение мечетей и вакфов (религиозного имущества). Важнейшим пунктом было сохранение шариатского суда: мусульман должны были судить их собственные кадии в соответствии с исламским правом. Автор анализирует правовую природу этих соглашений, сравнивая положение религиозных меньшинств в христианском и мусульманском мирах. В исламской традиции статус немусульман (зимми) основывался на божественном законе (шариате) и носил постоянный, нерушимый характер. Напротив, в христианском праве защита меньшинств обеспечивалась пактами, носившими феодальный характер. Это означало, что договоры зависели от политической и военной целесообразности, а также от воли правителя и могли меняться по его прихоти. Кроме того, христианское духовенство часто выступало против подобных уступок, стремясь аннулировать их всеми средствами. Для мусульман Гранады присяга королей, принесенная «в соответствии со своей верой», была священной гарантией соблюдения договора «отныне и во веки веков». Однако для кастильских монархов уступчивость при подписании капитуляций была скорее тактической уловкой, направленной на скорейшее прекращение затяжной и дорогостоящей войны без дальнейшего кровопролития. Благосклонность условий была временной мерой, призванной облегчить подчинение последнего оплота ислама на полуострове.

4. Эмиграция мусульман:
Этот раздел посвящен анализу миграционных процессов, последовавших за падением Гранады. Жители завоеванного эмирата не могли предвидеть долгосрочных намерений Католических королей, однако мусульманские религиозные деятели, помня о нарушениях соглашений в ходе войны, призывали население к немедленной эмиграции в мусульманские страны. Условия капитуляций предоставляли всем желающим право покинуть страну в течение трех лет (до конца 1494 года) на льготных условиях. Монархи обязывались предоставить бесплатный или дешевый транспорт (корабли) для переправы в Магриб, гарантировать безопасность передвижения и сохранность имущества, золота и драгоценностей. Капитуляции даже предусматривали возможность назначения поверенных для управления оставшимся в Гранаде имуществом и пересылки доходов от него за границу. Также в течение трех лет переселенцы имели право вернуться обратно, если жизнь на новом месте их не устроила, хотя христианские власти относились к таким возвращениям крайне недоброжелательно. Автор подчеркивает, что Католические короли активно поощряли эмиграцию, преследуя стратегическую цель — лишить мусульманскую общину Гранады ее руководящих кадров: военной, политической, религиозной и интеллектуальной элиты. Устранение потенциальных лидеров, способных возглавить восстание, должно было привести к деградации и разобщению общины, оставив в качестве мудехаров только простых крестьян и ремесленников, чье подчинение давалось легче. Первостепенной задачей было удаление из страны самого Боабдила, который после сдачи города проживал в Альпухаррах. Под давлением королевского секретаря Эрнандо де Сафры, который прибегал к интригам и выкупил имущество эмира по заниженной цене, Боабдил в октябре 1493 года навсегда отплыл в Магриб вместе с тысячами своих сторонников. Это вызвало новую волну эмиграции. Однако отношение мусульман к переселению было неоднозначным. Многие предпочли остаться на родине, опасаясь трудностей пути. Вскоре из Африки стали приходить тревожные вести о голоде, эпидемиях и недружелюбном приеме переселенцев в Фесе. В результате многие мусульмане решили остаться и принять статус мудехаров. После истечения трехлетнего срока в 1495 году отношение властей к эмиграции изменилось. Монархи осознали опасность чрезмерного демографического спада и нехватки рабочей силы для восстановления экономики. Были введены жесткие ограничения на выезд и продажу имущества, а высокие пошлины сделали легальную эмиграцию недоступной для большинства, что привело к росту нелегального вывоза людей средиземноморскими корсарами.

5. Реорганизация королевства Гранада:
Этот раздел подробно описывает процесс административной, правовой и институциональной интеграции бывшего Гранадского эмирата в структуру Кастильской короны. Падение Гранады положило начало необратимой трансформации города и его окрестностей. В отличие от других андалусских земель, Гранада не вошла в состав более мелких провинций, а образовала самостоятельное королевство в рамках Кастильской короны. С 1492 года новые гражданские и религиозные лидеры начали принимать меры по изменению физической и административной инфраструктуры региона. Для управления завоеванной территорией Католические короли назначили своих прямых представителей, образовавших политико-религиозную тетрархию. В нее вошли архиепископ Гранады Эрнандо де Талавера, отвечавший за религиозную политику, экономические и строительные вопросы; граф Тендилья (дон Иньиго Лопес де Мендоса), занявший пост генерал-капитана королевства и алкаида Альгамбры; коррехидор Андрес Кальдерон, возглавивший муниципальное управление города; а также королевский секретарь Эрнандо де Сафра, координировавший действия короны. Особое внимание уделяется специфике муниципального устройства Гранады. Из-за наличия огромного мусульманского большинства структуры управления отличались от других городов Кастилии. Первые годы кастильская администрация и мудехарское самоуправление функционировали параллельно. Сохранялись традиционные мусульманские общины — алхамы, возглавляемые советами старейшин, алфаки (религиозными деятелями) и алгуасилами. Мусульманам гарантировалась свобода торговли, освобождение от принудительного труда и сохранение прежней фискальной системы. Кастильские власти даже унаследовали финансовый аппарат Насридов, который работал эффективнее их собственного. Первое муниципальное правительство Гранады, созданное 25 мая 1492 года, включало 21 рехидора-мудехара, среди которых были представители местной знати, кадии и аламины (инспекторы ремесленных гильдий). Однако по мере роста христианского населения началось вытеснение мусульман из органов управления. В 1495 году возникла параллельная христианская администрация, которая вскоре узурпировала все полномочия. В 1497 году был создан Второй совет, куда мусульмане уже не допускались, а в сентябре 1500 года была учреждена Гранадская ратуша, полностью скопированная с кастильских образцов, что ознаменовало ликвидацию автономии мудехаров.

6. Репопуляция:
Этот раздел посвящен анализу политики репопуляции — принудительного и добровольного заселения завоеванных земель Гранадского эмирата христианскими колонистами. Эмиграция значительной части мусульманского населения создала глубокий демографический вакуум, который угрожал экономической стабильности региона и подрывал контроль короны над недавно присоединенными территориями. Для решения этой проблемы Католические короли начали масштабную программу колонизации. Как отмечал королевский секретарь Эрнандо де Сафра, репопуляция была самым дешевым и надежным способом удержать власть над побежденными землями. Новая демографическая политика преследовала две основные цели: количественную — восполнить убыль населения, и качественную — изменить пропорциональное соотношение сил в пользу христиан для ускорения интеграции (кастилизации) региона. Процесс переселения христиан начался еще во время войны и резко активизировался после мая 1492 года. Новые поселенцы были призваны составить надежную опору кастильской короны в Гранаде и контролировать местное мудехарское население. В период с 1485 по 1498 годы на территории бывшего эмирата прибыло от 35 до 40 тысяч христианских колонистов, большинство из которых переселялись целыми семьями. Основную массу переселенцев составляли выходцы из Андалусии, Кастилии, Леона, Эстремадуры, Толедо и Мурсии. Также фиксировались группы басков, валенсийцев и галисийцев. Чтобы мотивировать христиан к переезду в Гранаду, корона предоставляла им значительные налоговые льготы и фискальные щедроты. Колонисты получили право приобретать по низким ценам недвижимость и земли уезжавших мусульман. Это привлекло в регион людей самого разного социального статуса — от бедных крестьян и бродяг до дворян и купцов. Несмотря на приток колонистов, изначально численное превосходство мусульман оставалось подавляющим, образуя так называемую «огромную морерию». Равновесие между двумя группами населения наметилось лишь к концу первого поколения христианских переселенцев, когда большая часть мусульман была вынуждена покинуть мединские кварталы столицы и переселиться в пригороды.

7. Сосуществование двух сообществ:
В этом разделе подробно анализируются сложные, полные напряженности взаимоотношения между коренным мусульманским населением Гранады и новоприбывшими христианскими колонистами. Договор о капитуляции служил юридической основой для сосуществования двух общин, однако на практике мирное общение оказалось чрезвычайно затрудненным. Автор указывает, что ситуация в Гранаде коренным образом отличалась от опыта других регионов Кастилии и Арагона, где мудехары проживали на протяжении веков и были глубоко интегрированы в христианское общество. Мусульманская община Гранады имела ярко выраженную арабскую самобытность. Как отмечал исследователь Л.П. Харви, гранадцы не использовали романские языки, сохраняли чисто арабскую культуру, одежду, кулинарные традиции, гигиену и образ жизни. Граница, установленная в середине XIII века, была не просто географической, но и ментальной преградой, сформировавшей особое гранадское самосознание. Массовая эмиграция местной элиты и приток христианских колонистов привели к качественному изменению: мусульмане из хозяев земли превратились в религиозное меньшинство на своей родине. В город начали прибывать группы кастильских мудехаров и других мусульман («албаррани»), надеявшихся обрести в Гранаде религиозную свободу благодаря щедрым условиям капитуляций. Это сделало местное общество еще более неоднородным. Согласно историческим источникам, население столицы превышало 50 тысяч человек, из которых более 40 тысяч составляли мусульмане, а около 10 тысяч — христиане. Сосуществование этих групп было омрачено глубоким недоверием. Мусульмане не могли смириться с потерей власти и принудительными изменениями их традиционного уклада. В свою очередь, христианские переселенцы, прибывшие в поисках лучшей жизни, часто вели себя агрессивно, демонстрируя психологию победителей на «покоренной земле». Они прибегали к насилию, грабежам и незаконной экспроприации мусульманских земель. Короне неоднократно приходилось вмешиваться, чтобы защитить своих новых вассалов от произвола колонистов, которые использовали религиозные лозунги для оправдания своей алчности и враждебности.

8. Сегрегация – “внутренняя граница”:
Этот раздел посвящен анализу политики сегрегации — искусственного разделения повседневной, хозяйственной и пространственной жизнедеятельности мусульманской и христианской общин Гранады. Первоначальные попытки властей регулировать совместное проживание двух групп оказались неэффективными, и взаимное отторжение нарастало. Чтобы предотвратить смешение населения и избежать возможных волнений среди мудехаров, кастильские власти начали принимать меры по изоляции общин. В марте 1498 года были введены первые жесткие ограничения на взаимодействие. Под страхом отлучения от церкви христианам запрещалось покупать мясо и птицу, забитые мусульманами, пользоваться их банями, обращаться к мусульманским акушеркам при родах, сдавать мудехарам помещения для проведения праздников или арендовать их у них. Также был введен строгий запрет на продажу мусульманам вина. В июне 1498 года архиепископ Талавера, коррехидор Кальдерон и мусульманский чиновник Мухаммад ал-Баккани провели инспекцию улиц города с целью расширения дорог и подготовки к визиту монархов. В ходе этой инспекции было решено полностью отделить торговую деятельность мудехаров от христиан. Для кастильских ремесленников строились отдельные лавки, а мудехарским сапожникам запрещалось работать в одних помещениях с христианами. Эти меры оправдывались религиозными соображениями — служением Богу и спасением душ верующих. Следующим шагом стал масштабный проект пространственной сегрегации. Проект предполагал выселение из Гранады всех приезжих мудехаров («албаррани»), прибывших после 1492 года. Мусульмане, владевшие домами в сельской местности, обязывались продать городское имущество и переселиться за городские стены. Медина Гранада должна была стать зоной проживания исключительно христиан, а небольшое количество мудехаров-ремесленников допускалось оставлять в морерии фактически на правах заложников. Главная городская мечеть изымалась у мусульман, а для пятничной молитвы им предписывалось посещать мечеть в Альбайсине. Хотя проект не был реализован в полной мере из-за протестов христианских аристократов, не желавших соседствовать с морерией, к концу 1498 года медина была практически полностью очищена от мусульман, которые переселились в пригороды Альбайсин и Антекеруэлу.

9. Попытки ассимиляции мудехаров:
Этот раздел подробно рассматривает раннюю политику кастильских властей, направленную на интеграцию и ассимиляцию мусульманского населения завоеванного эмирата. Католические короли предпочли оставить мусульман на завоеванных территориях, понимая их экономическую ценность как налогоплательщиков. Сами мусульмане надеялись на сохранение своего традиционного уклада жизни, гарантированного капитуляциями. Однако реальность оказалась иной: истинной целью королей было достижение полного религиозного и политического единства государства. На первом этапе ассимиляция планировалась как постепенный и мягкий процесс, основанный на двух мерах: изменении демографического баланса за счет христианских колонистов и постепенном вовлечении мудехаров в кастильскую культуру. Для реализации этой задачи власти пытались привлечь на свою сторону мусульманскую элиту. Немногие представители знати согласились принять христианство ради сохранения своих привилегий, но корона активно использовала тех мудехаров, которые соглашались сотрудничать с администрацией в качестве посредников. Эти люди пользовались доверием властей, делали успешную карьеру, но находились в сложном положении, вызывая подозрения у христиан и презрение у своих единоверцев, считавших их предателями. Главным идеологом мирной ассимиляции стал архиепископ Гранады Эрнандо де Талавера. Его миссия основывалась на принципах милосердия, уважения к местному населению и постепенного убеждения. Талавера призывал священников изучать арабский язык, чтобы облегчить общение с пастью. Под его руководством велась работа по переводу библейских текстов на арабский язык. На богослужениях использовались арабские термины и даже традиционные танцы морисков. Однако эта политика мягкой катехизации требовала много времени и терпения, что вызывало недовольство у сторонников жестких мер при королевском дворе. В то же время на мудехаров оказывалось колоссальное социальное и фискальное давление, призванное сделать их жизнь невыносимой и подтолкнуть к добровольному принятию христианства как единственному способу избавления от притеснений.

10. Восстание мудехаров в Альбайсине 1499 года:
В этом разделе реконструируются предпосылки, ход и последствия вооруженного восстания мусульман в Гранаде, ставшего поворотным моментом в истории региона. Недовольство мудехаров кастильским правлением накапливалось с 1492 года. Мусульмане видели, как их права ущемляются, а условия капитуляций трактуются властями исключительно в пользу христиан. Первым серьезным нарушением стало требование сдать все оружие в 1493 году под предлогом предотвращения бунтов. В 1495 году корона ввела чрезвычайный налог для финансирования военных кампаний во Франции, сбор которого повторился в 1497 и 1499 годах. Это вызвало резкий протест, так как противоречило духу мирного договора. Напряженность усугублялась земельными спорами, фискальным гнетом и постоянными насмешками со стороны христианских колонистов. Ситуация взорвалась в октябре 1499 года с прибытием в Гранаду архиепископа Толедо Франсиско Хименеса де Сиснероса, наделенного полномочиями инквизитора. Сиснерос счел методы Талаверы неэффективными и перешел к радикальным мерам. Он начал агрессивную кампанию по обращению мусульман, используя подкупы и угрозы. Особый гнев вызвали его действия в отношении «элче» — христиан, принявших ислам до 1492 года, и их потомков. Хотя капитуляции защищали их от преследований, Сиснерос объявил их вероотступниками, подлежащими суду инквизиции и смертной казни. Насильственное крещение детей элче стало искрой, зажегшей восстание. 18 декабря 1499 года в Альбайсине вспыхнул бунт. Поводом послужила попытка алгуасила забрать одну из мусульманок христианского происхождения. Возмущенная толпа убила чиновника и забаррикадировала улицы пригорода. Восстание продолжалось три дня и было подавлено силами графа Тендильи, который пошел на компромисс, пообещав восставшим амнистию в обмен на сдачу оружия и принятие христианства. Это восстание дало Сиснеросу юридическое основание объявить, что мусульмане сами первыми нарушили договор 1491 года, подняв мятеж против своего государя, и поэтому капитуляции более не имеют силы.

11. Принудительное обращение мусульман в католицизм:

12. (Не)терпимость: неоднозначность положения мудехаров и морисков:
Этот раздел посвящен анализу двусмысленного и крайне тяжелого положения, в котором оказались новообращенные мусульмане (мориски) после официального искоренения ислама. Принудительное крещение формально устранило религиозные преграды и уравняло морисков в правах со старыми христианами. Кастильские лидеры полагали, что новые законы и общая вера превратят жителей Гранады в верных вассалов. Власти даже издали указы, запрещавшие оскорблять новообращенных, называя их «маврами» или «торнадисос» (отступниками), под угрозой наказания. Однако реальность оказалась далека от деклараций, и положение морисков стало еще более шатким. Прежде всего, мориски столкнулись с фискальной дискриминацией. Старые христиане получили налоговые льготы, в то время как на новообращенных было возложено основное финансовое бремя королевства. С 1504 года чрезвычайные государственные сборы оплачивались исключительно морисками Гранады. Кроме того, их искренность в вере постоянно ставилась под сомнение. Старые христиане относились к ним с подозрением и враждебностью, считая их скрытыми врагами. Это привело к пристальному вниманию со стороны инквизиции. Обвинения в ереси и тайном соблюдении исламских обрядов влекли за собой аресты, конфискацию имущества, тюремное заключение и смертную казнь. В ответ на преследования среди морисков распространился феномен криптоислама. В 1504 году появилась знаменитая фетва муфтия Орана Ахмада ибн Аби Джума, которая легализовала практику сокрытия веры (такийя) в условиях смертельной опасности. Фетва разрешала морискам внешне соблюдать христианские обряды, пить вино, есть свинину и поклоняться кресту, если в сердце они оставались верными Аллаху. Копии этой фетвы на арабском языке и на алхамьядо (испанском языке, записанном арабскими буквами) тайно распространялись по всей Испании. Таким образом, несмотря на официальное религиозное единство, мориски продолжали цепляться за свою традиционную культуру, арабский язык и обычаи предков, испытывая глубокую ностальгию по прежней жизни.

13. Вместо заключения: несколько соображений относительно разрыва капитуляций:
В заключительном разделе автор подводит итоги исследования, анализируя исторические причины разрыва капитуляций 1491 года и краха политики межконфессионального сосуществования. Переход Гранады под власть христианских королей сопровождался обещаниями сохранить права побежденных, однако эти обещания были нарушены. Автор рассматривает различные мнения историков по поводу первоначальных намерений Изабеллы и Фердинанда. Часть исследователей полагает, что щедрые условия капитуляций с самого начала были тактической уловкой, которую монархи не собирались соблюдать долго. Опыт западных районов эмирата показывал, что договоры подписывались лишь для того, чтобы добиться подчинения населения, после чего они аннулировались. Автор склоняется к мнению испанского историка А.Л. Кортеса Пеньи, который считает, что монархи изначально надеялись добиться постепенной ассимиляции мусульман через мирную катехизацию и разумную политику, что позволило бы со временем ликвидировать религиозную двойственность. Однако реализация этого плана оказалась невозможной. Как отмечала исследовательница И. Путрэн, условия капитуляций изначально были составлены юристами таким образом, чтобы оставить лазейки для последующего обращения мусульман в христианство. Кабинетная редакция кастильского текста значительно отличалась от требований, выдвинутых Боабдилом, урезая права мусульман в долгосрочной перспективе. Главной причиной краха соглашений стала смена государственной парадигмы в Европе раннего Нового времени. Зарождающийся абсолютизм требовал строгой централизации власти и идеологического единообразия подданных. Религиозная однородность рассматривалась монархами как главный инструмент контроля над обществом и залог социальной стабильности. Сохранение крупного мусульманского анклава с собственной правовой и судебной системой противоречило этой концепции. Дополнительным фактором послужило давление со стороны христианских колонистов, охваченных идеологией Реконкисты и стремившихся к захвату мусульманских земель. Восстание 1499 года стало лишь удобным предлогом для юридического оформления новой политики тотальной христианизации, которая была неизбежна в условиях формирования национального испанского государства.

Библиографический раздел завершает монографию Адили Юлгушевой, представляя собой ценный научный аппарат, на котором базируется все исследование. Библиография структурирована и включает в себя широкий спектр источников и литературы на нескольких языках (русском, испанском, английском, французском и арабском). Автор разделяет список на первоисточники и современные монографии и статьи, что позволяет оценить источниковую базу работы. В группу первоисточников входят опубликованные исторические документы и хроники XV–XVII веков. Среди них ключевое место занимают «Капитуляции для сдачи Гранады» в факсимильном издании М. Гарридо Атьенсы (1992), содержащие точный текст соглашений 1491 года. Арабская сторона представлена фундаментальными трудами Ахмада аль-Маккари ат-Тилимсани («Нафх ат-тиб» и «Азхар ар-рияд»), в которых подробно излагаются взгляды мусульман на падение эмирата. Также в список включены хроника путешественника Херонимо Мюнзера, посетившего Испанию в 1494–1495 годах, и хроника Эрнандо де Баэсы, содержащая уникальные свидетельства очевидца переговоров о сдаче города. Раздел монографий и статей охватывает классические и современные исследования ведущих специалистов по истории Андалусии, мудехаров и морисков. Здесь представлены работы испанских историков (А. Галан Санчес, Р. Пеinado Сантаэлья, Х.Э. Лопес де Кока Кастаньер, Ф. Санчес-Монтес Гонсалес), французских исследователей (Б. Венсан, И. Путрэн), а также фундаментальные труды англоязычных авторов, таких как Л.П. Харви (монографии по истории исламской Испании и мусульман под христианским владычеством) и Д. Колеман (исследование по созданию христианской Гранады). Наличие столь обширной и разносторонней библиографии подчеркивает высокий научный уровень работы и объективность выводов автора, основанных на сопоставлении кастильских документов и арабских хроник. Особое внимание заслуживает присутствие в списке отечественных исследований, таких как труды Р. Г. Ланды («Судьба морисков»), что демонстрирует преемственность в развитии отечественного исламоведения и испанистики. Использование современных статей, опубликованных в ведущих научных журналах (например, "Al-Qantara", "La España Medieval", "Arbor"), позволяет автору опираться на новейшие методологические подходы и данные археологических и архивных изысканий последних десятилетий. Включение специализированных исследований по исламскому праву в назарийской Гранаде (А. Соменьо) и по тактике «такийя» (Д. Стюарт) подтверждает глубокую проработку автором теологических и юридических аспектов рассматриваемой проблемы. Таким образом, представленная библиография является полноценным путеводителем по истории заката мусульманского присутствия на Пиренеях для любого исследователя этой эпохи.