Page: 1 / 1
Книга «Танец ручки, игра знака: Секулярная империалистическая эпистемология» представляет собой сборник трудов известного египетского мыслителя и литературоведа Абдулвахаба аль-Мессири. В издании исследуется взаимосвязь между секуляризмом, модернизимом, империализмом и современной материалистической философией. Автор демонстрирует, что западная империалистическая концепция и стремление к доминированию не являются случайными отклонениями от ценностей Просвещения, а проистекают из эпистемологической основы всеобъемлющего секуляризма и материалистического монизма. В книге рассматриваются метафизические истоки современности, философские идеи деконструкции Ж. Деррида, динамика секуляризации в литературных произведениях («Кентерберийские рассказы» Д. Чосера и «Исключение и правило» Б. Брехта), а также исследуется феномен эпистемологической предвзятости. Аль-Мессири критикует слепое заимствование западных категорий мышления и предлагает путь критического переосмысления (иджтихад), направленный на создание новой, гуманистической и исламской альтернативной парадигмы науки, которая признает трансцендентное измерение, сложность человеческой природы и уникальность культур.
Об авторе:
Краткая биографическая справка об Абдулвахабе аль-Мессири (1938–2008), его образовании в Египте и США, академической карьере, научных интересах и основных направлениях исследований.
Аннотация:
Краткое резюме книги, формулирующее тезис о глубокой связи между секулярно-материалистической философией Запада и империалистическим видением мира.
Вступительное слово:
Вводная статья Хадиджи Нилюфер (2020 г.), раскрывающая контекст создания четырех статей книги, их ключевую тематику, актуальность и значение идей аль-Мессири для современного дискурса.
Аннотация:
Краткое резюме книги, формулирующее тезис о глубокой связи между секулярно-материалистической философией Запада и империалистическим видением мира.
Вступительное слово:
Вводная статья Хадиджи Нилюфер (2020 г.), раскрывающая контекст создания четырех статей книги, их ключевую тематику, актуальность и значение идей аль-Мессири для современного дискурса.
Раздел I. Империалистическое эпистемологическое видение:
Исследование гносеологических основ империализма. Анализируются факторы его возникновения, процессы интернализации, проявления секуляризма, влияние на модель жизни и связи с сионизмом.
Раздел II. Танец ручки, игра знака: исследование взаимосвязи между современностью, имманентностью и деконструкцией:
Анализ метафизики имманентности, лежащей в основе всеобъемлющего секуляризма и модернизма. Рассматривается развитие материалистического монизма, ведущее к деконструкции и растворению смысла.
Раздел III. Притчи о свободе и необходимости: растущие уровни секуляризации в двух литературных произведениях:
Сравнительный анализ «Рассказа Франклина» Д. Чосера и пьесы «Исключение и правило» Б. Брехта сквозь призму последовательных этапов секуляризации и перехода от духовного выбора к материалистическому детерминизму.
Раздел IV. Путь к иджтихаду: введение в исследование эпистемологической предвзятости:
Обширное исследование природы, форм и проявлений эпистемологической предвзятости в науке и повседневности. Автор предлагает механизмы преодоления господства западной парадигмы и концепцию альтернативной науки.
Содержание:
Полный перечень структурных разделов, глав и подразделов книги с указанием соответствующих страниц.
Содержание:
Полный перечень структурных разделов, глав и подразделов книги с указанием соответствующих страниц.
Книга «Танец ручки, игра знака: Секулярная империалистическая эпистемология» Абдулвахаба аль-Мессири представляет собой глубокий философский и социокультурный анализ современной западной цивилизации и ее эпистемологических установок. Автор ставит перед собой задачу доказать, что западный империализм, экологический кризис, отчуждение человека и моральный дефолт — это не случайные сбои в системе, а неизбежные следствия самой природы западного модернизма, в основе которого лежит всеобъемлющий секуляризм и материалистический монизм.
Структурно книга состоит из вступительных материалов (биография автора, аннотация, вступительное слово Хадиджи Нилюфер) и четырех основных разделов, логически связанных между собой концепцией парадигматической последовательности секуляризации:
В первом разделе «Империалистическое эпистемологическое видение» автор показывает, как секуляризация, начавшись с разделения церкви и государства, превратилась в устранение абсолютных и трансцендентных ценностей. Природа и человек были сводимы к материальной субстанции, подчиненной физическим законам и утилитарной расчетливости. Это породило империалистическое видение, где мир рассматривается исключительно как объект эксплуатации и ресурса. Аль-Мессири рассматривает процессы интернационализации этой модели, ее воплощение в западном образе жизни, геноциде, нацистском холокосте и идеологии сионизма.
Во втором разделе «Танец ручки, игра знака» автор погружается в метафизические основы секуляризма. В противоположность исламскому принципу Таухида (единобожия), сохраняющему дистанцию между Творцом и тварным миром, западный модернизм базируется на «метафизике имманентности» (или вахдат аль-вуджуд в его крайних пантеистических/материалистических формах). Отрицание трансцендентного Логоса приводит к тому, что мир лишается центра и объективного смысла, превращаясь в бесконечный текучий поток. Философия деконструкции Ж. Деррида становится логическим завершением этого процесса, где знаки теряют связь с означаемым, а язык превращается в бессмысленный «танец ручки».
Третий раздел «Притчи о свободе и необходимости» демонстрирует действие парадигматической последовательности секуляризации на материале художественной литературы. Аль-Мессири сравнивает «Рассказ Франклина» Д. Чосера (ранняя стадия секуляризации, когда экономическая сфера уже отделилась, но мировоззрение человека сохраняет трансцендентные ориентиры и возможность морального выбора) и пьесу Б. Брехта «Исключение и правило» (поздняя стадия, где человек полностью превращен в «экономического человека», действующего в жестких рамках причинно-следственного детерминизма и законов рынка-фабрики).
Четвертый раздел «Путь к иджтихаду: введение в исследование эпистемологической предвзятости» выступает кульминацией и конструктивным завершением книги. Автор исследует феномен предвзятости как неотъемлемый элемент человеческого разума и языка. Он показывает, как западная парадигма навязала миру свои специфические категории (понятие прогресса, метафору рынка-фабрики, централизованное государство, международную потребительскую культуру) под видом «универсальных» и «научных». Аль-Мессири призывает к открытию «ворот иджтихада» — критическому переосмыслению западного знания, релятивизации Запада и построению альтернативной, нематериалистической науки, основанной на собственном культурном наследии, признании сложности человека и ограничении претензий разума на тотальный контроль.
Структурно книга состоит из вступительных материалов (биография автора, аннотация, вступительное слово Хадиджи Нилюфер) и четырех основных разделов, логически связанных между собой концепцией парадигматической последовательности секуляризации:
В первом разделе «Империалистическое эпистемологическое видение» автор показывает, как секуляризация, начавшись с разделения церкви и государства, превратилась в устранение абсолютных и трансцендентных ценностей. Природа и человек были сводимы к материальной субстанции, подчиненной физическим законам и утилитарной расчетливости. Это породило империалистическое видение, где мир рассматривается исключительно как объект эксплуатации и ресурса. Аль-Мессири рассматривает процессы интернационализации этой модели, ее воплощение в западном образе жизни, геноциде, нацистском холокосте и идеологии сионизма.
Во втором разделе «Танец ручки, игра знака» автор погружается в метафизические основы секуляризма. В противоположность исламскому принципу Таухида (единобожия), сохраняющему дистанцию между Творцом и тварным миром, западный модернизм базируется на «метафизике имманентности» (или вахдат аль-вуджуд в его крайних пантеистических/материалистических формах). Отрицание трансцендентного Логоса приводит к тому, что мир лишается центра и объективного смысла, превращаясь в бесконечный текучий поток. Философия деконструкции Ж. Деррида становится логическим завершением этого процесса, где знаки теряют связь с означаемым, а язык превращается в бессмысленный «танец ручки».
Третий раздел «Притчи о свободе и необходимости» демонстрирует действие парадигматической последовательности секуляризации на материале художественной литературы. Аль-Мессири сравнивает «Рассказ Франклина» Д. Чосера (ранняя стадия секуляризации, когда экономическая сфера уже отделилась, но мировоззрение человека сохраняет трансцендентные ориентиры и возможность морального выбора) и пьесу Б. Брехта «Исключение и правило» (поздняя стадия, где человек полностью превращен в «экономического человека», действующего в жестких рамках причинно-следственного детерминизма и законов рынка-фабрики).
Четвертый раздел «Путь к иджтихаду: введение в исследование эпистемологической предвзятости» выступает кульминацией и конструктивным завершением книги. Автор исследует феномен предвзятости как неотъемлемый элемент человеческого разума и языка. Он показывает, как западная парадигма навязала миру свои специфические категории (понятие прогресса, метафору рынка-фабрики, централизованное государство, международную потребительскую культуру) под видом «универсальных» и «научных». Аль-Мессири призывает к открытию «ворот иджтихада» — критическому переосмыслению западного знания, релятивизации Запада и построению альтернативной, нематериалистической науки, основанной на собственном культурном наследии, признании сложности человека и ограничении претензий разума на тотальный контроль.
Об авторе:
Раздел содержит биографические данные Абдулвахаба аль-Мессири (1938–2008). Родившись в Египте, он получил филологическое образование в Александрийском университете, а затем степень магистра и доктора наук в Колумбийском университете и Университете Ричарда в США. Отмечаются его личные и академические связи с Эдвардом Саидом и Ноамом Хомским. Аль-Мессири преподавал в университетах Египта, Саудовской Аравии, Кувейта, Малайзии, работал экспертом в центре «Аль-Ахрам» и консультантом Международного института исламской мысли (МИИМ). Он является автором многочисленных фундаментальных работ по сионизму, модернизму, секуляризму и материалистической философии.
Аннотация:
Раздел кратко формулирует главный тезис исследования: империализм является не отклонением от гуманистических ценностей Европы, а прямой реализацией светской, материалистической эпистемологии. Все теории западной цивилизации (рационализм, гуманизм, laissez-faire) объединены глубокой связью с империалистическим видением, поскольку базируются на исключительно материалистических посылах.
Вступительное слово:
Статья Хадиджи Нилюфер (ноябрь 2020 г.) описывает историю создания книги, объединившей статьи аль-Мессири из «American Journal of Islamic and Social Sciences» (1990–2000-е гг.) и его материалы к конференции 2006 года. Разъясняется интеллектуальный вклад аль-Мессири, раскрывавшего кризис западного модернизма, интернационализацию потребительского образа жизни и проблему предвзятости в науке. Подчеркивается актуальность идей автора для мусульманских обществ, ищущих свою идентичность и ответы на глобальные вызовы.
Статья Хадиджи Нилюфер (ноябрь 2020 г.) описывает историю создания книги, объединившей статьи аль-Мессири из «American Journal of Islamic and Social Sciences» (1990–2000-е гг.) и его материалы к конференции 2006 года. Разъясняется интеллектуальный вклад аль-Мессири, раскрывавшего кризис западного модернизма, интернационализацию потребительского образа жизни и проблему предвзятости в науке. Подчеркивается актуальность идей автора для мусульманских обществ, ищущих свою идентичность и ответы на глобальные вызовы.
Раздел I. Империалистическое эпистемологическое видение:
1. Факторы, возникшие вследствие империалистического эпистемологического видения: Автор показывает, что с эпохи Возрождения природа и человек стали рассматриваться как материальные объекты, подчиненные законам физики. Понятие «нормализации» означает сведение человека к био-экономической функции (производитель, потребитель, оккупант). Этика утратила трансцендентность и свелась к утилитарной полезности и расчету. Политическая мысль (Макиавелли, Гоббс) объявила высшим благом интересы государства и рост производства. Вера в неограниченный прогресс и игнорирование его цены (экологической и социальной) сформировали империалистическое видение.
2. Интернационализация империалистического эпистемологического мировоззрения: Процесс распространения западной парадигмы на весь мир обусловлен подчинением человека материализму, верой в прогресс, внутренними кризисами капитализма (потребность в сырье и рынках, неравномерность распределения богатства, демографический взрыв в Европе) и научно-технической революцией. Главным механизмом реализации этой программы стало централизованное светское государство.
3. Империалистические проявления западного секуляризма: Секуляризм рассматривается как теория, а империализм — как его главная практика. Массовое насилие, истребление коренных народов Америки, работорговля, а также нацистский холокост трактуются не как отклонения, а как логическое применение принципа «материальной полезности» к «бесполезным» человеческим группам. Автор проводит параллель между империалистической логикой А. Бальфура и А. Гитлера.
4. Влияние империалистического эпистемологического видения на западную модель жизни: Влияние выражается в коммерциализации быта, разрушении эмоциональных связей, возникновении «культуры одноразового использования», автоматизации и «психологическом империализме» (индустрии чувственных удовольствий). На этапе «эйфорического потребления» сама человеческая природа подвергается деформации. Это проявляется в гуманитарных науках, литературе, агрессивной риторике «прав человека», защите сексуальных извращений и философии постмодернизма.
5. Сионизм и империалистическое эпистемологическое видение: Сионизм определяется как секулярная эпистемологическая парадигма, основанная на идеологии доминирования «белого человека» и ницшеанских идеях. Израиль выступает инструментом западного империализма, чья идентичность в эпоху потребления трансформируется в прагматическое экономическое предприятие, лишенное этических идеалов.
2. Интернационализация империалистического эпистемологического мировоззрения: Процесс распространения западной парадигмы на весь мир обусловлен подчинением человека материализму, верой в прогресс, внутренними кризисами капитализма (потребность в сырье и рынках, неравномерность распределения богатства, демографический взрыв в Европе) и научно-технической революцией. Главным механизмом реализации этой программы стало централизованное светское государство.
3. Империалистические проявления западного секуляризма: Секуляризм рассматривается как теория, а империализм — как его главная практика. Массовое насилие, истребление коренных народов Америки, работорговля, а также нацистский холокост трактуются не как отклонения, а как логическое применение принципа «материальной полезности» к «бесполезным» человеческим группам. Автор проводит параллель между империалистической логикой А. Бальфура и А. Гитлера.
4. Влияние империалистического эпистемологического видения на западную модель жизни: Влияние выражается в коммерциализации быта, разрушении эмоциональных связей, возникновении «культуры одноразового использования», автоматизации и «психологическом империализме» (индустрии чувственных удовольствий). На этапе «эйфорического потребления» сама человеческая природа подвергается деформации. Это проявляется в гуманитарных науках, литературе, агрессивной риторике «прав человека», защите сексуальных извращений и философии постмодернизма.
5. Сионизм и империалистическое эпистемологическое видение: Сионизм определяется как секулярная эпистемологическая парадигма, основанная на идеологии доминирования «белого человека» и ницшеанских идеях. Израиль выступает инструментом западного империализма, чья идентичность в эпоху потребления трансформируется в прагматическое экономическое предприятие, лишенное этических идеалов.
Раздел II. Танец ручки, игра знака: исследование взаимосвязи между современностью, имманентностью и деконструкцией:
1. Всеобъемлющий секуляризм и современность: Автор противопоставляет исламскую доктрину Таухида (сохраняющую дистанцию между Творцом и миром) западной парадигме «природа-материя». Разграничиваются частичный секуляризм (отделение церкви от государства) и всеобъемлющий секуляризм (ликвидация всех религиозных и гуманитарных ценностей во всех сферах жизни и признание природы-материи единственным источником норм).
2. Метафизика имманентности: Анализируется понятие имманентности («пребывание внутри») в противоположность трансцендентности. Всеобъемлющий секуляризм опирается на пантеистическую/материалистическую имманентность (космический или материалистический монизм), где вселенная объявлена самодостаточной, а человек теряет автономность и растворяется в природном или духовном потоке (animus mundi, geist).
3. Деконструкция: Усиление секуляризации приводит к исчезновению Бога и распаду дуализма субъекта и объекта. Происходит переход от логикоцентрической современности к стадии текучести, иррационализма и деконструкции. Автор разбирает софистику Горгия, нигилизм Ницше и философию Ж. Деррида. В отсутствие трансцендентного означаемого (Бога-Логоса) знаки отрываются от реальности, превращаясь в бесконечную игру и «танец ручки». В качестве иллюстраций приводятся стихи Ибн Судуна, Антонена Арто и «пустое» постмодернистское стихотворение.
2. Метафизика имманентности: Анализируется понятие имманентности («пребывание внутри») в противоположность трансцендентности. Всеобъемлющий секуляризм опирается на пантеистическую/материалистическую имманентность (космический или материалистический монизм), где вселенная объявлена самодостаточной, а человек теряет автономность и растворяется в природном или духовном потоке (animus mundi, geist).
3. Деконструкция: Усиление секуляризации приводит к исчезновению Бога и распаду дуализма субъекта и объекта. Происходит переход от логикоцентрической современности к стадии текучести, иррационализма и деконструкции. Автор разбирает софистику Горгия, нигилизм Ницше и философию Ж. Деррида. В отсутствие трансцендентного означаемого (Бога-Логоса) знаки отрываются от реальности, превращаясь в бесконечную игру и «танец ручки». В качестве иллюстраций приводятся стихи Ибн Судуна, Антонена Арто и «пустое» постмодернистское стихотворение.
Раздел III. Притчи о свободе и необходимости: растущие уровни секуляризации в двух литературных произведениях:
1. Парадигмы: Автор разъясняет свое понимание парадигмы как абстрактной мыслительной конструкции, помогающей организовать восприятие реальности и преодолеть полярность между субъектом и объектом.
2. Секуляризм: Секуляризм рассматривается как всеобъемлющая парадигма, превращающая дуальность в дуализм, а затем в натуралистический монизм, где человек полностью подчиняется законам естественной необходимости и экономическому интересу.
3. Парадигматическая последовательность секуляризации: Описывается историческое развертывание секуляризма от экономики (позднее Средневековье) и политики (эпоха Возрождения) к философии (XVIII в.), воображению (XIX в.) и индивидуальному поведению (XX в.).
4. «Исключение и правило»: Анализируется пьеса Б. Брехта. Главный герой (Купец) — воплощение «экономического человека» и империалистического мышления, сводящий людей и природу к товару и объекту завоевания. Этика власти и детерминизм рынка лишают человека свободы и даже права на сон, превращая человечность в «исключение».
5. «Рассказ Франклина»: Анализируется новелла Д. Чосера. Хотя в ней проявляются первые симптомы секуляризации (бунт Дориген против природного порядка, обращение к «естественной магии»), в мире Чосера сохраняется трансцендентный порядок. Персонажи совершают свободный нравственный выбор в пользу благородства, верности и альтруизма, преодолевая эгоизм.
6. Послесловие: Подчеркивается актуальность проблемы свободы и необходимости для стран третьего мира, стоящих перед выбором пути развития и способных оценить губительные последствия западного модернизма и постмодернизма.
2. Секуляризм: Секуляризм рассматривается как всеобъемлющая парадигма, превращающая дуальность в дуализм, а затем в натуралистический монизм, где человек полностью подчиняется законам естественной необходимости и экономическому интересу.
3. Парадигматическая последовательность секуляризации: Описывается историческое развертывание секуляризма от экономики (позднее Средневековье) и политики (эпоха Возрождения) к философии (XVIII в.), воображению (XIX в.) и индивидуальному поведению (XX в.).
4. «Исключение и правило»: Анализируется пьеса Б. Брехта. Главный герой (Купец) — воплощение «экономического человека» и империалистического мышления, сводящий людей и природу к товару и объекту завоевания. Этика власти и детерминизм рынка лишают человека свободы и даже права на сон, превращая человечность в «исключение».
5. «Рассказ Франклина»: Анализируется новелла Д. Чосера. Хотя в ней проявляются первые симптомы секуляризации (бунт Дориген против природного порядка, обращение к «естественной магии»), в мире Чосера сохраняется трансцендентный порядок. Персонажи совершают свободный нравственный выбор в пользу благородства, верности и альтруизма, преодолевая эгоизм.
6. Послесловие: Подчеркивается актуальность проблемы свободы и необходимости для стран третьего мира, стоящих перед выбором пути развития и способных оценить губительные последствия западного модернизма и постмодернизма.
Раздел IV. Путь к иджтихаду: введение в исследование эпистемологической предвзятости:
1. Что такое предвзятость?: Предвзятость иллюстрируется бытовыми и культурными примерами (восприятие снега инуитами, ценность молчания в Африке, восприятие поведения израильских солдат египетским постовым, академические дискуссии в США). Предвзятость — это выбор одной перспективы и отклонение других.
2. Определение предвзятости: Предвзятость определяется как выбор определенной когнитивной парадигмы и набора ценностей, определяющих принятие одних элементов реальности и игнорирование других.
3. Неизбежность предвзятости: Предвзятость неизбежна, так как связана со структурой человеческого разума, спецификой разговорного языка и уникальностью человеческой культуры. Она не является недостатком, а отражает свободу выбора и разнообразие общего человечества (фитры).
4. Формы предвзятости: Классифицируются различные виды предвзятости: в пользу истины (иджтихад) или ложного (прагматизм власти); явная (сознательная) и неявная (бессознательная, как в рекламе или кино); частичная и всеобщая; а также «предвзятость нашей материальной реальности против нас самих» (заимствованная урбанистика, архитектура, бытовые привычки).
5. Предвзятость в пользу западной культурной парадигмы: Приводятся примеры слепого копирования западных стандартов в одежде, дизайне посуды, интерьере египетских домов («стиль Луи Фарук»), обустройстве учебных аудиторий (стулья), отказе от заучивания наизусть и арабской каллиграфии, имитации западного театра.
6. Доминирование западной культурной парадигмы: Рассматривается история победы западного культурного проекта и его влияние на арабских аристократов, либералов (ан-Нахда), марксистов и даже некоторые исламские движения, которые пытались «догнать Запад», вестернизируя ислам изнутри.
7. Предвзятость по отношению к современной западной культурной парадигме: Иллюстрируется проявление когнитивных уклонов в невербальном общении (жесты), научных исследованиях (сравнение американского и японского подходов к изучению обезьян), оценке человеческих поступков, концепциях работы и отношения к домохозяйкам, а также в утилитарных решениях МВФ, корпораций и правительств.
8. Природа материалистической эпистемологической парадигмы: Систематизируются базовые установки западного материализма: имманентность центра вселенной, отказ от Творца, эволюция от гуманизма к децентрализации человека, признание единства материи и законов причинности.
9. Предубеждения материалистической эпистемологической парадигмы: Выделяются ключевые уклоны: пристрастие к материальному в ущерб человеческому, стремление к предельному обобщению, приоритет количественного над качественным, простого над сложным, объективного над субъективным, а также заимствование механистической терминологии.
10. Проявления объектов материалистической эпистемологической парадигмы:
10.1. Материальный прогресс: основа предупреждения: Критика культа прогресса на примере г. Даманхур. Автор показывает, как прогресс приносит отчуждение, разрушение семьи и экологии («космический регресс»).
10.2. Дарвинизм (или ницшеанство): Культ борьбы за выживание и власти как высшей этики.
10.3. Метафора «рынок — фабрика»: Взгляд на мир как на машину, а на человека — как на стандартизированную производительную энергию.
10.4. Централизованное государство: Унификация общества, уничтожение локальных общин и традиций во имя контроля.
10.5. Международная потребительская культура: Распространение одномерных продуктов (фастфуд, джинсы, поп-культура), ведущее к инфантилизации и «антикультуре».
11. Механизм преодоления предвзятости:
11.1. Осознание неизбежности предвзятости: Признание активности разума и отказ от мифа об абсолютной объективности.
11.2. Комплексная критика: Отказ от «лаtopic» заимствований и переход к всесторонней критике западной философии.
11.3. Осознание недостатков парадигмы: Раскрытие античеловеческой сущности западной модели и ее практической нереализуемости («космическая стена»).
11.4. Релятивизация Запада: Лишение Запада статуса универсального центра и рассмотрение его как одной из многих локальных культур.
11.5. Открыть себя миру: Изучение опыта незападных цивилизаций (Японии, Китая, стран Восточной Европы) и исламского языкового наследия.
12. Предлагаемая альтернативная парадигма: Призыв к коллективной работе по кристаллизации новой комплексной эпистемологической парадигмы.
13. Особенности предлагаемой альтернативной парадигмы:
13.1. О необходимости исходить из нашего собственного наследия: Опора на Коран и Сунну как источники абсолютных ценностей при творческом переосмыслении наследия (фикх).
13.2. К всеобъемлющей теории: Создание «относительно великой» теории, не претендующей на тотальный контроль.
13.3. Категория человечности как точка отсчета: Возвращение человека в центр вселенной как уникального, морального и свободного существа.
13.4. Нематериалистическая категория: Введение аналитических категорий, сочетающих материальное и духовное измерения и признающих превосходство Бога.
13.5. Генеративная (некумулятивная) парадигма: Признание скрытой потенциальной энергии человека и множественности культурных форм вместо концепции «конца истории».
14. Альтернативная наука:
14.1. Неполная уверенность и постоянный иджтихад: Наука как гибкий процесс поиска разумной объяснительной силы между полной объективностью и субъективностью.
14.2. Отсутствие возможности полностью контролировать реальность: Признание внутренней ценности и достоинства всех Божьих творений.
14.3. Без редукционизма и двойственности: Сохранение дуализма части и целого, прерывного и непрерывного.
14.4. Отвержение причинного монизма: Переход к каузальному плюрализму и разграничению наук о природе и наук о человеку.
14.5. Структура или терминология: Разработка нового языкового аппарата, использующего метафоры и «серединные термины».
15. Зарождающийся проект: Обзор практических шагов по реализации альтернативной парадигмы (архитектура Х. Фатхи, детские парки А. Ибрагима, работы А. Абдель Малика, Х. Раби, И. аль-Фаруки и 8-томная Энциклопедия еврейства, иудаизма и сионизма самого аль-Мессири).
Содержание:
2. Определение предвзятости: Предвзятость определяется как выбор определенной когнитивной парадигмы и набора ценностей, определяющих принятие одних элементов реальности и игнорирование других.
3. Неизбежность предвзятости: Предвзятость неизбежна, так как связана со структурой человеческого разума, спецификой разговорного языка и уникальностью человеческой культуры. Она не является недостатком, а отражает свободу выбора и разнообразие общего человечества (фитры).
4. Формы предвзятости: Классифицируются различные виды предвзятости: в пользу истины (иджтихад) или ложного (прагматизм власти); явная (сознательная) и неявная (бессознательная, как в рекламе или кино); частичная и всеобщая; а также «предвзятость нашей материальной реальности против нас самих» (заимствованная урбанистика, архитектура, бытовые привычки).
5. Предвзятость в пользу западной культурной парадигмы: Приводятся примеры слепого копирования западных стандартов в одежде, дизайне посуды, интерьере египетских домов («стиль Луи Фарук»), обустройстве учебных аудиторий (стулья), отказе от заучивания наизусть и арабской каллиграфии, имитации западного театра.
6. Доминирование западной культурной парадигмы: Рассматривается история победы западного культурного проекта и его влияние на арабских аристократов, либералов (ан-Нахда), марксистов и даже некоторые исламские движения, которые пытались «догнать Запад», вестернизируя ислам изнутри.
7. Предвзятость по отношению к современной западной культурной парадигме: Иллюстрируется проявление когнитивных уклонов в невербальном общении (жесты), научных исследованиях (сравнение американского и японского подходов к изучению обезьян), оценке человеческих поступков, концепциях работы и отношения к домохозяйкам, а также в утилитарных решениях МВФ, корпораций и правительств.
8. Природа материалистической эпистемологической парадигмы: Систематизируются базовые установки западного материализма: имманентность центра вселенной, отказ от Творца, эволюция от гуманизма к децентрализации человека, признание единства материи и законов причинности.
9. Предубеждения материалистической эпистемологической парадигмы: Выделяются ключевые уклоны: пристрастие к материальному в ущерб человеческому, стремление к предельному обобщению, приоритет количественного над качественным, простого над сложным, объективного над субъективным, а также заимствование механистической терминологии.
10. Проявления объектов материалистической эпистемологической парадигмы:
10.1. Материальный прогресс: основа предупреждения: Критика культа прогресса на примере г. Даманхур. Автор показывает, как прогресс приносит отчуждение, разрушение семьи и экологии («космический регресс»).
10.2. Дарвинизм (или ницшеанство): Культ борьбы за выживание и власти как высшей этики.
10.3. Метафора «рынок — фабрика»: Взгляд на мир как на машину, а на человека — как на стандартизированную производительную энергию.
10.4. Централизованное государство: Унификация общества, уничтожение локальных общин и традиций во имя контроля.
10.5. Международная потребительская культура: Распространение одномерных продуктов (фастфуд, джинсы, поп-культура), ведущее к инфантилизации и «антикультуре».
11. Механизм преодоления предвзятости:
11.1. Осознание неизбежности предвзятости: Признание активности разума и отказ от мифа об абсолютной объективности.
11.2. Комплексная критика: Отказ от «лаtopic» заимствований и переход к всесторонней критике западной философии.
11.3. Осознание недостатков парадигмы: Раскрытие античеловеческой сущности западной модели и ее практической нереализуемости («космическая стена»).
11.4. Релятивизация Запада: Лишение Запада статуса универсального центра и рассмотрение его как одной из многих локальных культур.
11.5. Открыть себя миру: Изучение опыта незападных цивилизаций (Японии, Китая, стран Восточной Европы) и исламского языкового наследия.
12. Предлагаемая альтернативная парадигма: Призыв к коллективной работе по кристаллизации новой комплексной эпистемологической парадигмы.
13. Особенности предлагаемой альтернативной парадигмы:
13.1. О необходимости исходить из нашего собственного наследия: Опора на Коран и Сунну как источники абсолютных ценностей при творческом переосмыслении наследия (фикх).
13.2. К всеобъемлющей теории: Создание «относительно великой» теории, не претендующей на тотальный контроль.
13.3. Категория человечности как точка отсчета: Возвращение человека в центр вселенной как уникального, морального и свободного существа.
13.4. Нематериалистическая категория: Введение аналитических категорий, сочетающих материальное и духовное измерения и признающих превосходство Бога.
13.5. Генеративная (некумулятивная) парадигма: Признание скрытой потенциальной энергии человека и множественности культурных форм вместо концепции «конца истории».
14. Альтернативная наука:
14.1. Неполная уверенность и постоянный иджтихад: Наука как гибкий процесс поиска разумной объяснительной силы между полной объективностью и субъективностью.
14.2. Отсутствие возможности полностью контролировать реальность: Признание внутренней ценности и достоинства всех Божьих творений.
14.3. Без редукционизма и двойственности: Сохранение дуализма части и целого, прерывного и непрерывного.
14.4. Отвержение причинного монизма: Переход к каузальному плюрализму и разграничению наук о природе и наук о человеку.
14.5. Структура или терминология: Разработка нового языкового аппарата, использующего метафоры и «серединные термины».
15. Зарождающийся проект: Обзор практических шагов по реализации альтернативной парадигмы (архитектура Х. Фатхи, детские парки А. Ибрагима, работы А. Абдель Малика, Х. Раби, И. аль-Фаруки и 8-томная Энциклопедия еврейства, иудаизма и сионизма самого аль-Мессири).
Содержание:
Section
Раздел содержит систематизированный перечень всех частей, глав, разделов и подразделов книги с указанием соответствующих номеров страниц.